Очень много было отдано на откуп метеоритной стали, которую сейчас выплавляли на Урале и в Липецке утроенными темпами. Сталь была дешёвая – ведь я практически чистую им отдал, всего то и делов, что прогнать через очистку, комплекс установок, прокат, и так далее, до готового продукта… Проектов было громадьё и все они строились на основе железобетона или металлоконструкций. То есть стальной каркас здания, который возводился относительно быстро, а само здание делалось прямо на месте.
Итак, я, конечно же, говоря всё такое общее и правильное, не забыл про частности. Проект заводика составил Директор, в содружестве с поднаторевшим в проектировании Берси. Хорошее, правильно спроектированное типовое производственное здание должно было быть лучшим моим творением. И я его сделал, вместе с искинами. Возводилось оно и правда быстро – благодаря дешёвому электричеству не надо было тянуть горячую воду и газ. Оставалась холодная вода и канализация. Это самое сложное – провести коммуникации, создать единую, экологичную систему избавления от мусора и канализационного стока.
Промышленное здание было быстровозводимым, одно-двухэтажным, стальной каркас – множество свай, фермы крыши и железобетонные сваи. Для металлообработки – ещё и тяжёлые железобетонные фундаменты – гигантские каменюки, которые обеспечивали неподвижность пола и отсутствие сторонних вибраций, ухудшающих качество продукции. В своём оригинальном виде проект представлял из себя реально небольшой заводик, с главным залом, вторым – малым залом, небольшой административной пристройкой и гаражом на одну фуру, или два грузовичка типа «газель». Всё вместе – смотрелось как заводик мечты. Ну просто веяло от проекта уютом малого, но гордого бизнеса производителя каких-нибудь гаек или мыла. Проект был не один – на основе этих технологий – сочетания железобетона и стального каркаса, было спроектировано много всего. Цех заводика – не уникальный, это общий проект цеха, теоретически – можно было в рамках этого общего проекта построить и двадцать цехов впритык друг к другу, и сделать два-три административных здания-пристройки. Плюс – благодаря гибкости металлоконструкции заводик можно было модернизировать, легко – пристроить блоки, которые были унифицированы между собой по размерам, крепежу, балкам, и всему остальному.
В унификации и была зарыта собака, именно она объединяла все маленькие заводики в один комплекс и позволяла расширять завод, перестраивать постройку под нужды конкретного производства. Как конструктор, блин, где детали можно соединять в любом порядке и последовательности.
Я помнил, что от универсальности нельзя получить ничего хорошего. Однако, и Берси, и Директор уверяли меня, что в этом деле универсализация как в армии – жизненно необходима. Пришлось согласиться.
Директор ещё представил мне проект по развитию градостроительства – большой посёлок из двух-трёхэтажных домов, объединённый в единый архитектурный комплекс. Это, дескать, должно улучшить обитаемость удалённых регионов.
В отличие от правительства, мы действовали активно и быстро. Проекты заводиков быстро разошлись по предприятиям и их начали делать. А директор, он же Управляющий, после тщательного анализа, начал финансировать проекты. Первые пять заводиков будут воздвигнуты в Горелках, что севернее Тулы. Это были небольшие заводы, по пятьдесят-сто сотрудников. Дальше подключилось правительство в лице Лазарева и начало переговоры о масштабных дорожно-строительных проектах и развитии пригородного сообщения.
И обратились они опять ко мне. Через посредников. Огромный заказ получил ЧТЗ, на комплекс дорожно-строительной техники, а челябинские поехали в Ёбург, к нам, договариваться о поставках двигателей, гидравлики, электроники и некоторых метизов из высококачественных сплавов.