Я не мог понять, зачем она это делала. У меня в голове крутился тот факт, что она добровольно зашла на этот сайт и решила продать себя.
— Люди впадают в отчаяние.
— Это дерьмовое оправдание. — Я оторвался от ноутбука, мне нужна была минута, чтобы всё обдумать. Я прошёлся от стены к стене и обратно, пытаясь осознать это. — Её жизнь была бы закончена. Она бы умерла. И она делает это добровольно. — К концу реплики я уже почти кричал.
Джаред поднял руки.
— Не обязательно говорить мне об этом, Эрик.
— Нам нужно всё подготовить и убрать её отсюда, пока кто-нибудь другой её не перетянул.
— Уже работаю над этим. Как только мы всё подготовим, она будет скрыта от других посетителей, как будто её там и не было.
Mр_Э (18:35): Когда?
Белоснежка_783 (18:35): Завтра вечером? 20:00?
Mр_Э (18:36): Договорились.
— Удали всё, — скомандовал я, как только нажал «Отправить».
Пальцы Джареда быстро забегали по панели, пока переписка и её профиль не исчезли.
— Это немного отличается от других, поскольку мы не проводим извлечение. Ты всё ещё хочешь, чтобы я позвал МакКейба? — когда я промолчал, его пальцы перестали двигаться, и он повернулся, чтобы посмотреть на меня. — Эрик?
— Нет, — ответил я, приняв решение. — Я сам пойду.
— Что? — практически взвизгнул он.
Я понимал его шок. Обычно я передавал такие дела в охранную компанию, иногда присоединяясь к ним. Но, как он и сказал, здесь было другое дело.
Это было единственное, что отличалось. Как только я заберу её, всё пойдёт как обычно: нужно будет убедиться, что она вернулась к своей семье — если она у неё есть — и помочь с возможной оплатой лечения, чтобы она встала на ноги.
Всё, что угодно, лишь бы помочь забыть ужасы моего прошлого.
— Я сам пойду на встречу и позабочусь об этом.
— Помнишь, последний раз, когда ты ходил забирать их?
— Прошло несколько лет, но такое трудно забыть, — саркастически ответил я.
— Тогда зачем ты идёшь?
— Здесь совсем другое дело.
Джаред вздохнул, сдаваясь, понимая, что теперь, когда я принял решение пойти, он ничего не добьётся.
— Просто будь осторожен. Я не хочу во второй раз спасать твою задницу.
Что-то подтолкнуло меня к тому, чтобы забрать её, возможно, выражение её глаз. Я не знал, что там было на самом деле, но и не задавал вопросов. Я следовала своей интуиции.
Однажды я не послушал её, и это стоило мне моей сестры.
3
АЛЕКСАНДРА
Сегодня на работе я украла из кассы два доллара и получила выговор за то, что не успела расплатиться. Я смогу вернуть их завтра, как только закончится вечер. Мне просто нужно было как-то добраться до отеля, а идти пешком не было возможности. Особенно в маленьком черном платье, которое я позаимствовала у Лии. Она была на несколько дюймов ниже меня, так что оно едва доставало мне до ягодиц и всё время задиралось.
Порывшись в сумке, я убедилась, что у меня всё готово. Сменная одежда, потому что я, вероятно, захотела бы сжечь это платье и всё, что было на мне, прежде чем всё закончится, и презервативы, потому что я не собиралась оставлять этот вопрос на волю случая. Добавьте это к списку вещей, которые я украла из магазина и за которые нужно было заплатить завтра.
Это было всё, что находилось в сумке. У меня больше ничего не было, или я не могла придумать, что ещё взять с собой. Мне не нужно было многое. Только своё тело.
Я застегнула молнию на сумке и повесила её на плечо. Ещё раз взглянув на своё отражение, я провела руками по эластичному чёрному материалу, скрывающему мои изгибы. Мои глаза резко контрастировали с густой подводкой, отчего казались почти серебристыми. Губы были накрашены в темно-красный цвет, поэтому я выглядела как Белоснежка, которую использовала в своём нике пользователя. Я наносила макияж, как броню, защищавшую меня от реальности того, что я делала.
Приехав в отель, я была рада, что надела броню — маску, которая помогала мне флиртовать с клерком на стойке регистрации. В ней я могла быть кем угодно. Кем-то, кто перегнулся через стол и провёл пальцем по нижней губе, когда я, надув губы, обратилась к тощему парню, прося его позволить мне расплатиться, когда закончится вечер. Отель был не из приятных и с почасовой оплатой, так что я была уверена, что он точно знал, откуда утром поступят деньги.
Моя маска позволила мне притвориться девушкой, которая делала это раньше и знает, что делать. Маска позволяла мне притворяться, что я не дрожу изнутри от страха совершить ошибку.
Сейчас, когда я оглядываю комнату, ощущение, что это ошибка, ударило меня, как кувалдой.
Я провела ночь, размышляя, кому мне придется открыть дверь. Будет ли это пожилой мужчина, которому нравились юные девственницы? Будет ли он привлекательным? Будет ли он опасным? Причинит ли мне боль?
Я отмахнулась от вопросов. Было уже слишком поздно. Часы показывали уже пять минут девятого, и пути назад не было. Со мной всё будет в порядке. Это всего лишь девственная плева. Даже если парень будет грубым и мерзким, это всего лишь ночь. Одна ночь, которая поможет мне прожить остаток моей жизни.
Наблюдая за тем, как проходят минуты, я подумала, не перепутала ли я время. Сегодня утром я попыталась перепроверить время в библиотеке, но чат пропал, и вся моя реклама исчезла. Я предположила, что веб-сайт удалил переписку, как только всё было обговорено. Поэтому, я действовала по памяти, но чем ближе было к половине девятого, тем больше я сомневалась.
Я подпрыгнула, и мое сердце пропустило удар, когда раздался сильный стук в дверь.
Вот оно.
Я сделаю это.
Я смогу это сделать.
Больше не буду воровать деньги. Больше не буду лежать в постели и молиться о том, чтобы уснуть, не чувствуя голода. Больше не буду спать перед своей дверью, чтобы не подпустить хищников.
Нет. Мне просто нужно пересечь комнату, открыть дверь и отдаться одному хищнику, который спасет меня от всех остальных.
Я закрыла глаза, представила своё будущее и глубоко вздохнула. Медленно выдохнув, я высвободила столько страха, сколько смогла, и подошла.
Дрожащей рукой я открыла дверь и замерла, увидев то, что встретило меня по ту сторону.
Первое, на что упал мой взгляд, была широкая грудь, обтянутая чёрной хлопковой рубашкой и чёрной кожаной курткой. Я медленно оглядела квадратную челюсть, покрытую щетиной, и плотно сжатые губы. Козырек чёрной бейсболки прикрывал его глаза. По крайней мере, до тех пор, пока он не поднял на меня взгляд, раскаленный изумруд, устремлённый на меня сверху-вниз, высасывал весь воздух из моего тела, заставляя отступить на шаг.
Он был красив — несомненно, самый привлекательный мужчина, которого я когда-либо видела, словно модель. Но жар был вызван не только его привлекательностью. Жар смешался с гневом, который невозможно было скрыть. Гнев, заставивший во мне подняться страх, который не могла скрыть даже моя маска.
Его глаза изучали меня сверху донизу и обратно. Моим первым побуждением было захлопнуть дверь у него перед носом, запереть её и молиться о чуде, чтобы он ушёл. Но я напомнила себе о своём будущем. Я могла это сделать. Собравшись с духом, я ухватилась за дверь и твёрдо решила придерживаться плана.