— Доброе утро, малышка. — Дыхание от его слов коснулось моей влажной киски, прежде чем его рот вернулся к работе, окончательно разбудив меня.
Два пальца обхватили моё влагалище, играя с моей влажностью, прежде чем медленно проникнуть внутрь, его большой палец поднялся, заменяя его рот.
— Поиграй со своими сиськами, детка. Покажи мне, как сильно ты этого хочешь. — Я, наконец, открыла глаза, утренний свет едва пробивался сквозь занавески. Комната была освещена ровно настолько, чтобы я могла увидеть Эрика между своих раздвинутых ног, который смотрел на меня, когда я поднесла руки к соскам и покрутила их. — Когда я наемся этим сладким кремом с этой прелестной киски, я пососу твои соски и трахну тебя.
— Пожалуйста.
— Ты так мило умоляешь.
Он сжал мой клитор, жестко трахая меня пальцами. Я вскрикнула и прижалась бёдрами к его рту, цепляясь за простыни. Всё моё тело напряглось, и всё началось и закончилось в моей сердцевине. Я сильно сжала свои соски, когда Эрик грубо вошёл в меня, и я кончила. Я закричала, ничего не скрывая от него. Он доставил мне столько удовольствия, и я хотела, чтобы он знал, что он со мной сделал.
Его пальцы выскользнули из моей киски, и он поднялся на постели, останавливаясь, чтобы пососать мои набухшие соски, как и обещал.
— Посмотри, какими красными стали твои прелестные розовые сиськи. Мне нравится, как сильно ты любишь лёгкие покусывания. — Он подчеркнул свою точку зрения, прикусив мою нежную грудь.
— Трахни меня, Эрик. Ты мне нужен.
— Ты тоже нужна мне, малышка. Так чертовски сильно.
Он схватил презерватив и надел его, прежде чем перекатиться на спину и усадить меня на себя.
— Трахни меня, Александра. Оседлай мой член и возьми меня в эту узкую маленькую щелку.
Я приподняла его член и расположилась над ним, дразня его небольшими движениями вверх и вниз, но не принимая его полностью. Руки Эрика переместились на мои бёдра и крепко сжали. Он был прав, мне действительно нравилось совмещать удовольствие с небольшой болью, и то, как его пальцы впивались в мою кожу, заставляло меня погружаться всё глубже и глубже.
Мы оба стонали, наслаждаясь друг другом. Я была переполнена им, растянута по максимуму.
— Двигайся, черт возьми, — прорычал он.
Смеясь, я задвигала бёдрами, скользя вверх и вниз по его длине, наблюдая, как напрягаются и расслабляются мышцы его тела. Давление снова усилилось, и моё тело разгорячилось, словно огонь сжигал меня изнутри. Моё тело почти завладело мной, когда я двигалась на нём всё сильнее и быстрее.
— Да, малышка. Возьми мой член. Объезди меня.
Он приподнялся, его губы были на расстоянии вздоха от моих.
— Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю. — Его руки держали мои бёдра, двигая меня так, как он хотел. — Посмотри на себя, моя маленькая девственница, сидящая на моём члене, как будто ты создана именно для меня. Я буду трахать тебя утром, днём и ночью. Возьму каждую дырочку, которая у тебя есть, пока она не станет моей. — Одной рукой он обхватил мою грудь, поднося розовый кончик к своим губам. — Я сожму эти сиськи и трахну их. Твои прелестные губки могут посасывать головку, пока твои красивые груди будут дрочить меня.
— Всё, что угодно. Все, что ты захочешь. — Я хотела сделать всё это с ним. — О Боже. Я сейчас кончу.
— Да, малышка. Сожми мой член. Используй меня.
Пот стекал по моим вискам, и я крепко прижималась к Эрику, раскачиваясь всё сильнее и сильнее. Его большой палец скользнул между нами, потирая клитор, и я взорвалась. Я обвила рукой его шею и зарылась пальцами в его волосы, крепко сжимая их, пока волна за волной удовольствия захлестывали меня.
Его голова прижалась к моей груди, и он застонал, высвобождаясь внутри меня, как раз в тот момент, когда я возвращалась на землю.
— Люблю тебя. Так сильно люблю, — пробормотал он между поцелуями.
Мы перекатились на бок, и он выскользнул из меня, воспользовавшись моментом, чтобы избавиться от презерватива, прежде чем снова скользнуть мне за спину, притягивая меня ближе.
— Ты меня измучила, — пробормотал Эрик. — Поспи со мной, пока я не буду снова готов.
— Ради тебя всё, что угодно.
— Что угодно?
— Ты же знаешь, я бы отдала тебе всё, что угодно.
— Тогда останься со мной.
— Что?
— Останься со мной. Не переезжай.
— Эрик, я…
— Пока не отвечай. Просто подумай об этом. Это то, чего я хочу от тебя.
Я сглотнула, не уверенная, как объяснить охватившую меня смесь чувств. Я хотела крикнуть «да», даже не сомневаясь в этом, но страх, что всё это развалится, удерживал меня.
— Перестань думать. Просто поспи в моих объятиях, а потом мы поговорим.
— Хорошо.
— Я люблю тебя, Александра.
— Я тоже тебя люблю.
30
АЛЕКСАНДРА
Я проснулась с восхитительной болью и принялась ворочаться с боку на бок, просто чтобы почувствовать боль в мышцах между ног.
События прошлой ночи нахлынули на меня, и я чуть не зарылась под одеяло от стыда за то, что моя сестра устроила такую опасную ловушку, но потом вспомнила слова Эрика. Он любит меня. Эрик Брандт любил меня.
Эрик Брандт хочет, чтобы я осталась.
Я не думала, что смогу заснуть прошлой ночью, так как в голове у меня крутились мысли о возможностях и всевозможных результатах, но в его объятиях бороться со сном было бесполезно.
Протянув руку через кровать, нащупала холодные простыни. Я, наконец, открыла глаза и оглядела тёмную комнату. Шторы были по-прежнему задернуты, но сквозь них не пробивался свет. Взглянув на будильник, я с удивлением обнаружила, что уже больше шести. Неудивительно, что кровать была пуста.
Я села, но пока не спешила включать свет. В моей голове одна мысль сменяла другую, и большинство из них не вызывали у меня желания спуститься вниз и встретиться с Эриком.
Если он вообще был ещё здесь.
Жизнь научила меня не верить в хорошее, потому что рано или поздно всё это будет выбито у тебя из-под ног.
Что, если он передумал насчёт того, чтобы я осталась, и теперь снова ушёл, вместо того чтобы сказать мне, что он был неправ? Что, если он передумал? Что, если он был под кайфом от обезболивающих, которые ему вкололи, и ничего из этого не помнит? Конечно, он не выглядел ни капельки одурманенным, но всё же. Что, если он действительно хотел, чтобы я осталась, но передумает на следующей неделе или в следующем месяце? Что будет со мной? Вдруг произойдёт большая ссора, и он выгонит меня в тот же день?
Я уронила голову на колени и застонала.
Я делала из мухи слона, и это была не я. У меня часто бывали тяжёлые времена, но я старалась изо всех сил, и вот теперь я лежала, свернувшись калачиком, на кровати мужчины, который сказал мне, что любит меня, и думала о том, как всё это может развалиться.
Собравшись с духом, я отбросила сомнения, протянула руку, чтобы включить лампу, и замерла.
Лепестки роз.
Все простыни были усыпаны лепестками роз — смесью красных, розовых, желтых и оранжевых оттенков. Казалось, что здесь закат взорвался. Тепло разлилось по моему телу, вытесняя все негативные мысли, которые у меня накопились. Я наклонилась и, набрав в кулак горсть лепестков, поднесла их к носу, вдыхая пряный и цветочный аромат.