Царь пира предложил осушить кубки за счастье супругов и поклялся осушить в течение часа за здоровье Эвридики столько кубков вина, сколько букв в её имени.
Весь зал дружно поддержал Демокара.
Танцовщицы и акробатки, жонглеры и фокусники развлекали гостей.
Больше всего Эвридику поразил египетский чародей, вокруг груди и рук которого обвивалось несколько живых разноцветных змей.
Глаза Эвридики светились от восторга.
– Они ядовитые? – спросила она у Птолемея.
– Их укус считается смертельным…
– Как они красивы!.. Я никогда не видела таких.
Отряхнув змей на пол, чародей исполнил вокруг них быстрый танец, во время которого по его знаку змеи поползли к нему и живыми кольцами снова обвились вокруг его ног, туловища, шеи.
Чародей довел всех пирующих до крайнего изумления, вынув из пяти страусовых яиц столько же живых новорожденных обезьянок, а затем маленьких страусят.
Эвридике казалось, что она попала в страну чудес, что из всех чудес Египта ей показывают самые невероятные.
Даже танцовщицы были необыкновенными, – к кончикам их длинных черных кос были привязаны разноцветные стеклянные шарики. При быстрых движениях танца косы причудливо, словно змеи, извивались, образуя красивые и замысловатые линии и фигуры.
Осушив очередной кубок, царь пира торжественно провозгласил.
– Последняя буква. Эвридика твое имя окончено. Рукоплещите прекрасной избраннице славного Птолемея.
Все гости дружно захлопали в ладони, приветствия Эвридике неслись со всех концов зала.
– Счастья тебе, Эвридика!
– Одари Птолемея своей любовью!
– Пусть Афродита будет благосклонна к вам.
Демокар попросил тишины и снова обратился к светящейся от счастья и тщеславного торжества Эвридике.
– Тебе, прекрасная Эвридика, сегодня награда принадлежит по праву. Сейчас юная Тахот увенчает твое чело венком царицы пира.
Подбежавшая к Эвридике юная египтянка грациозным движением возложила на её голову искусно сплетенный венок из нежных роз.
Глаза Эвридики светились тщеславным торжеством. Она будет безраздельно господствовать в этом великолепном дворце и превратит его в обитель богов. Здесь отныне будут царить веселье и наслаждения жизнью. В честолюбивой душе Эвридики, не познавшей радости любви, бушевала радость победы над всеми присутствующими в зале. Этот пир был посвящен только ей!..
Эвридика любила только одну себя и, не колеблясь, принесла бы в жертву своему эгоизму решительно все, даже самые священные чувства. Ей было только жаль, что любимый брат Кассандр не видит ее триумфа.
В сопровождении нескольких факелоносцев в зал вошла греческая певица Агнесса. Она недавно приехала из Афин и зарабатывала в Александрии деньги свом пением в домах богачей. Она быстро завоевала любовь жителей города.
Птолемей увидал её впервые. Это был сюрприз Филокла специально для своего друга, истинного ценителя красоты и покровителя талантов. С неподражаемой грацией юная певица коснулась струи арфы и запела песню о любви. Птолемей невольно приподнялся на ложе. Агнесса поразительно напоминала юную Таиду, – тот же точеный профиль, те же губы, глаза, совершенные линии фигуры. И, главное, талант!.. Она приковала к себе взгляд Птолемея. Он был не в состоянии оторвать от нее глаз. Один её вид освежал душу. «Очаровательная невинность,» – подумал Птолемей.
В сознании Птолемея, заметившего восторженный взгляд Менелая, устремленный на певицу, мелькнула мысль: «Неужели мне опять придется делить прекрасную женщину со своим братом?»
– Я слышал, что многие домогаются ее любви, но она всех отвергает, – услышал Птолемей чей-то разговор из зала.
Птолемей не сводил глаз с певицы. Он отчетливо вспомнил первые встречи с Таидой. В Таиде было больше гордости, царственности, умения постоять за себя, в Агнессе – нежность, робость и незащищенность. Он не заметил, как под густыми ресницами Эвридики в её темных глазах засверкали злые искры.
– Птолемей, – прошептала Эвридика, томно заглядывая в его глаза и тесно прижавшись к нему, – я люблю, люблю, люблю тебя. Я так счастлива, что мы вместе.
Прелестная Агнесса закончила пение.
Вежливо высвободившись из объятий жены, Птолемей поднялся с ложа.
– Извини меня, Эвридика, я ненадолго покину тебя. Мне нужно сказать Агнессе пару слов.
– Афинской певичке? – возмутилась Эвридика. – Ты?.. У тебя много слуг. Пусть они скажут ей всё, что ты хочешь сообщить ей.
– В данном случае я сам хочу поговорить с ней.
Заметив гневный взгляд жены, Птолемей успокоил её.
– Я хочу прогуляться с тобой по Нилу. Агнесса будет развлекать нас. Надеюсь, что ты будешь довольна.