Оказалось, что Христо прибежал в корчму раньше всех, съел кусок сыра и глотнул чуть-чуть винца, выпросил кувшин крепленой радости и маленькую корзиночку фруктов, после чего унесся в неведомые дали.
– Либо маяк погнал в одиночку штурмовать, либо на приезжих купцов всей своей мощью обрушился, – высказал резонное соображение Богуслав. а на меня цыкнул:
– Ты больно-то не увлекайся! Защита твоя от винища вновь в полной силе!
Так просидели еще часок. Тут рыбаки притащили Хрисанфу исчезнувшую в будущем рыбу берзитику.
– Никто на рынке целиком ее брать не хочет, – пожаловались они, – все кусочки просят. Повырежут из середины лучшие куски и разбегутся, а мы кукуй там с остатками. Ты вроде бы обещал рыбу взять полностью?
– Возьмем обязательно! – заверил я тружеников моря. – Часто ли она в ваши сети идет?
– Да не чаше раза в месяц попадается, и с каждым годом все реже и реже, – поделились секретами истребления редкого вида морских обитателей рыболовы. – Прет в основном кефаль да барабуля!
Хрисанф расплатился, и окрыленные удачным сбытом рыбаки отчалили к новым трудовым достижениям, а мы взялись рассматривать невиданную рыбу, положенную на два сдвинутых столика.
Она отливала ярким серебром чешуи, длиной вытянулась аж на три метра, морда, как у скумбрии, плавники большущие, ярко-красные. Кто ж ее в этих-то веках извел? Врагов, подходящих ей по размеру, в Черном море явно не отыскать, и экология сейчас просто чудесная. Человечество еще слабовато, рыболовецкие сейнеры с громадными тралами море как гребенкой не причесывают. А рыба, между тем, пропадает. Загадки без разгадок…
Хрисанф в кухню эту здоровилу затаскивать не стал, а то там будет не развернуться, быстренько порезал ее на куски прямо там, где лежала и утащил тушить к обеду. На чье-то предложение пожарить, ответил коротко:
– Не ужарится! – и продолжил свою производственную деятельность. Да, настоящий мастер всегда увлечен своим делом, и разговоры разговаривать ему просто некогда.
В конце концов и рыба, и Хрисанф исчезли в недрах кухни. Мы посидели еще с полчаса, и тут с победой вернулся Христо. С собой он вел двоих русских купцов.
– Видите сколько сидит народу? А ведь не сезон, и время не обеденное, – вещал Ламврокакис, усиленно жестикулируя рукой с пустым винным кувшином. – Люди понимают, что такую еду они могут получить только здесь, только в этой харчевне, и при этом не заплатить лишнего.
– Что ж, – скомандовал купчина постарше, – веди повара дяди императора.
Христо убежал.
– Чего бы ты хотел, Андрюха? – усмехнулся в бороду пожилой, – намаялся, поди, в дороге по первому разу, истомился без вкусной-то еды. Конечно, таких расстегаев, как твоя матушка стряпает, мы тут не получим, грека все врет, это видно, но может здесь и верно неплохо кормят?
– Я, дядька Мартын, ужасно вкусной рыбки хочу! Так этот корабельный кулеш умаял, ну просто мочи нет!
– Тряхнем, племяш, мошной! Я для тебя деньги не пожалею! Если здесь рыбы нет, в другое место враз уйдем, мы сейчас с тобой люди гулливые. Сыщем рыбу!
Хрисанф вышел неласковый, отвлекли от любимого дела. Все эскалопы были им сразу забыты.
– Рыба есть, но вся делается по заказу. Другой сегодня не будет!
– Пошли, Андрюшка! Не рады нам здесь, отказывают в рыбце.
Христо растерянно глядел на кулинара и пытался подавать ему какие-то непонятные знаки, но поджавший губы Хрисанф опять закусил удила, и не внимал никаким позывам. Ситуацию надо было спасать. Порушит этот нравный умелец Ламврокакису почин, и пиши пропало, отчается мелкий жулик в этом славном деле себя найти, опять с сомнительными друзьями воровать и разбойничать подастся.
Я подошел к уже вставшим купцам, широко улыбнулся и начал:
– Здравы будете, гости торговые! Откуда идете и куда? Радостно видеть на чужбине земляков!
– Русский?
– А то! С самого Новгорода Великого сюда сушей дошли.
– А мы смоленские. На двух торговых ладьях с товаром в Царьград идем.
– И мы туда. Чего везете?
– Да как обычно: мед, воск, лен, пеньку, шкурки пушного зверька всякие. А вы с чем?
– Да мы не по купеческой, по казенной надобности справляемся. Давайте выпьем за знакомство, пошли за наш стол. Хрисанф, выкати нам крепленого, посчитай в мой заказ. Да пока наша рыба готовится, дай приличной закусочки какой-нибудь.
– Ну пошли, причастимся вместе! Тебе, гляжу и рыбу тут дают.
– О! С этой рыбищей отдельная история! Ловят ее в месяц раз, вкусна необычайно, по моей просьбе взяли и теперь делают. И исчезает эта берзитика из Русского моря, в другой раз уже может и не попробуешь.