– Всего и побольше! – гаркнули добры молодцы в две глотки. – Не ошибешься!
– Со вторым что? Отбивные из говядины делать, или баранину потушить? Можно куропаток пожарить. Из рыбы в наличии завтра будет скумбрия, тунец, селедка. Иногда привозят рыбу берзитику, она только у нас здесь водится, нигде ее больше не отыщете.
– А когда крабов отведаем? – решил разузнать Иван. – Я раков с пивом страсть как уважаю!
– Пива у меня нет, не варю. А крабы…
– К полднику вари, перед сумерками, – вмешался я. – С утра крабы в нас не полезут, к обеду и ужину тем более. А там вернемся с моря, и сразу к тебе, этих больших раков пробовать.
Хрисанф кивнул, а Ванька зароптал:
– Мастер, да как же раки без пива? Чепуха какая-то получается! Может в другое место завтра пойдем?
Лицо корчмаря аж перекосило. Не обрадовался он, ох не обрадовался!
– Идите, куда хотите! – заорал Хрисанф. – И без вас проживу!
Затем повернулся и, ураганом пронесясь по обеденной зале, исчез на кухне.
– Ишь, нравный какой, – удивился Иван.
– Эти греки излишне гонористые! – поддержал его абсолютно не спесивый Венцеслав.
Я обвел глазами помещение. Изобилия народа не было. Да собственно никого, кроме нас и не было. И пока сидели, а торчим здесь уже давно, никто не пришел и не ушел. Надо отдать Хрисанфу должное, он человек с очень большим чувством собственного достоинства – не побоялся жесткой рукой выставить в трудное время межсезонья из харчевни единственных и отнюдь не бедных посетителей. Да и сделал это в грубой форме, вдобавок даже не получив расчета.
А вдруг мы обидимся, и уйдем не расплатившись, на прощанье хлопнув дверью? Ну и естественно, по ходу сопрем скатерти и солонки со столов? Русский стиль, знаете ли! А охраны не видать ни в каком виде. Это воодушевляет на подвиги! Хватай, все, что плохо лежит!
Кстати, а что за рыба берзитика? Уж вроде в периоде товарного изобилия 21 века мы все повидали, или хотя бы о том, что купить было слишком дорого, слыхали, но о таком крымском эндемике-рыбце у меня данных не было.
Сейчас залезу в Интернет, и это окажется всего лишь какая-нибудь черноморская хамса или тарань. Сказано – сделано!
Про берзитику нашелся только один фрагмент старинной византийской рукописи о дарении этой исключительной рыбехи какому-то знатному гостю, с указанием: ловится только в Крыму! Возле Константинополя ее было уже не сыскать.
Зато полно было файлов с пучеглазым красноватым бериксом. Его хоть и описывали хитро, типа лучеперый, бериксообразный, низкотелый, или высокотелый, общий вид морского окуня выдавал его с головой. И принять берикса за березитику не давала одна немаловажная деталь – он был циркумглобалист, то есть ошивался в любом море-окияне, кругом (циркум) шороху ну просто глобально наводил.
Вот только в Черном море его не встречалось сроду. Все губит сероводород на дне, который выделяется в воду от больших запасов тутошней нефти. Глубже 150 метров от поверхности ни одна рыба тут не живет, а берикс рыба глубоководная, мельче 400 не признает.
Да и видок у него неказистый. Такого полуметрового пучеглазца совать знатному гостю не будешь. Вот мы вам тут в знак уважения местного карасика на килограммчик выловили, не откажетесь принять? Обид будет, не выгребешь!
Дарят рыбищу вроде двухметрового черноморского или русского осетра, которого слугам приходится вчетвером вносить – все-таки сто килограммов этакая иглообразная морда весит.
Березитика, видимо, вымерла или была выловлена задолго до 20 века, и завтра у меня будет единственный в моей жизни шанс ее увидеть и даже попробовать. А я упрусь куда-то за пивищем? Да ни в жизнь!
А рядом уже разгорался пьяный спор.
– Да вы, поляки, пива мало пьете, и не варите его вовсе.
– Кто тебе такую глупость сказал? Мы варим лучшее пиво в мире, и пьем его вместо воды! Наш первый король Болеслав Храбрый вообще прозвище Пиволюб имел!
– А ты сам-то любитель пенного?
– Ну, я…
– Вот-вот! Якнете и в кусты!
Венцеслав аж побагровел, и начал судорожно шарить рукой по левому боку в поисках сабли. К счастью для Ваньки, клинок в корчму шляхтич сегодня не прихватил.
– Ребята! Не беситесь! – мягко начал я, но петухи не унимались.
Масла в огонь еще подливала Наина, тыркающая мужа кулачком в бок и подзузукивающая:
– Дай ему в глаз, полячишке этому! Посмотрим, чего он без своей хваленой сабельки стоит! Убежит небось! Он сегодня без охраны из дома высунулся!
С этим пора было кончать.
– Наина! Иван! Убирайтесь отсюда! Такого повара обидели! Он тут возле вас целый вечер юлой крутился, да разными вкусностями кормил, а вы еще драку ему тут затеете. Пошли вон.