Три недели спустя…
Вся команда сидит в конференц-зале и молчит.
Я внедряюсь под прикрытием в синдикат Брегу, и, похоже, моей команде это не по душе.
— Все будет в порядке, — пытаюсь успокоить их я.
Дядя Карл кивает и поднимается с места. Он смотрит на схему иерархии синдиката на стене.
— Будешь зависать в ресторане Доброши. — Повернувшись к нам, он продолжает: — План такой: он привыкает к тому, что ты постоянно мелькаешь у него перед глазами. В какой-то момент ты проколешь шину на его машине, а потом сам же ее и поменяешь. — Дядя окидывает меня обеспокоенным взглядом. — И мы надеемся, что этого будет достаточно, чтобы втереться к нему в доверие?
Я киваю.
— Он — самая легкая мишень. Я притворюсь, что у меня туго с деньгами, а с учетом того, что Эрик дал мне албанскую фамилию, я уверен, что это привлечет его внимание. Для албанцев семья, верность и доверие превыше всего. Вот почему так сложно внедриться в их ряды. — Я глубоко вздыхаю. — Есть шанс, что он сам предложит мне работу.
— И все же. План так себе.
— Я справлюсь, — заверяю я дядю Карла. — Поверь мне.
У нас нет другого выбора. Это должно сработать.
Он качает головой.
— Как только что-то пойдет не так, мы тебя вытаскиваем.
— Понял.
Я смотрю на Джей Джей, которая выглядит чертовски встревоженной. Она даже грызет ноготь на большом пальце. Я протягиваю свою руку, убираю ее руку ото рта и сжимаю, а потом отпускаю.
— Если все пойдет по плану, — продолжает дядя Карл, — мы поселим Джей Джей в том же здании, где будет твоя квартира. Свяжись с ней при первой же возможности. Если тебя застанут за разговором с соседкой, это не вызовет подозрений.
Эрик откашливается.
— Я сделаю вам обоим новые документы. — Он смотрит на Джей Джей. — Выдам тебе защищенный ноутбук и телефон для связи с нами, но вся информация о тебе в бюро будет стерта из системы. Пока ты под прикрытием, Джули Джефферсон не существует.
— А что мне сказать Линдси и маме? — спрашивает Джей Джей, и ее колено под столом начинает нервно подергиваться.
— Скажешь, что уезжаешь по работе, и пусть связываются со мной напрямую по личному номеру, — отвечает дядя Карл.
Для меня исчезнуть проще простого. Дядя Карл — единственный, кто у меня есть из близких.
— Ты не будешь глубоко внедряться. Это просто мера предосторожности, — пытается успокоить ее Эрик.
— Все предельно просто, — добавляю я. — Я буду передавать тебе всю информацию, которую удастся раздобыть.
Дядя Карл возвращается на свое место за столом.
— Джей Джей, ты также будешь следить за психологическим состоянием О'Брайена. У него есть дурная привычка с головой уходить в работу. Как только он станет больше албанцем, чем агентом, вытаскивай его.
Джей Джей кивает.
— Да, сэр.
Дядя Карл тяжело вздыхает.
— Надеюсь, мы сможем быстро с этим покончить. У нас есть полгода. Иначе придется запрашивать продление операции, а вы прекрасно знаете, как я это ненавижу.
Полгода на то, чтобы разгромить синдикат Брегу. Я усмехаюсь, потому что это, блядь, невыполнимая задача.
Дядя Карл хмуро смотрит на меня, а затем качает головой.
— Я просто нутром чую, что из-за тебя мне придется заполнять эти чертовы бумажки, пока меня под ними не похоронят.
— Это мой способ напоминать тебе, что я еще жив.
Лицо Джей Джей мгновенно мрачнеет, и она даже не пытается скрыть свою реакцию на мои слова. Именно в такие моменты я понимаю, что нравлюсь ей. Я просто не могу понять, платонические это чувства или что-то большее.
Поднимаясь на ноги, я произношу: — Давайте запускать процесс, чтобы я уже мог по колено залезть в албанское дерьмо.
Я выхожу из конференц-зала и направляюсь в курилку на улице. Закурив, я сажусь на скамейку и смотрю на гравий под ногами. Джей Джей опускается рядом, и мы не произносим ни слова, пока я не докуриваю.
Я легонько толкаю ее локтем в руку.
— Все будет хорошо. Только не рискуй.
Джей Джей сердито смотрит на меня.
— Я буду сидеть в квартире. А ты окажешься в самой гуще событий.
Мои губы растягиваются в усмешке, когда я встречаюсь с ней взглядом.
— Не забывай, я проделывал это сотню раз. Я знаю, когда нужно делать ноги.
— Я все равно буду за тебя переживать. — Она ставит локоть на колено и подпирает подбородок рукой. — Кто следил за твоим психологическим состоянием на предыдущих заданиях?
— Бриггс.
— И она хоть раз тебя вытаскивала? — спрашивает Джей Джей, переводя взгляд на здание через дорогу.
— Нет. — Оперев предплечья о бедра, я сцепляю пальцы в замок. — Дольше всего я работал под прикрытием шесть месяцев. Та операция закончилась как раз перед тем, как границы для меня начали стираться.