Боже.
Удар оказывается куда сильнее, чем я ожидала, отчего меня на мгновение пошатывает. Мой голос звучит не громче хриплого шепота, когда я спрашиваю: — Ты убил кого-то?
Проходит долгое, разрывающее сердце мгновение, прежде чем О'Брайен снова переводит взгляд на меня, а затем кивает.
В нем нет ни капли вины за отнятую жизнь.
Еще один удар разбивает мне сердце — за О'Брайена и за то, на что он был вынужден пойти, но еще больше за то, как это его меняет.
Поднявшись, я обхожу журнальный столик и сажусь рядом с ним. И хотя обычно я бы обняла его без колебаний, сейчас меня что-то останавливает. Я внимательно вглядываюсь в его лицо, пытаясь найти причину своей тревоги.
— Посмотри на меня, Дэниел.
Он шумно выдыхает, и его глаза впиваются в мои. Я смотрю на него до тех пор, пока суровый взгляд не смягчается и в его карих глазах не появляется человек, которого я люблю.
— Границы стираются, — шепчу я. — Я тебя теряю.
Он резко качает головой.
— Я в порядке.
Придав лицу решительное выражение, я вкладываю в голос всю свою твердость.
— Не лги мне. Ты не в порядке.
— Я в порядке, — огрызается О'Брайен, сверля меня гневным взглядом. — Я пробился в ближний круг. В эти выходные будет вечеринка, где я наконец-то столкнусь лицом к лицу с Зефом Рамой и братьями Брегу.
От этих новостей мои глаза расширяются.
— Ты уверен?
— Мне нужно продержаться только до вечера субботы.
— Нам нужно поставить жучок на твой телефон. Я хочу знать о вечеринке все. Где она будет. В какое время. Каждую деталь. Нам нужны глаза там, чтобы мы могли нагрянуть в ту же секунду, как появятся братья Брегу.
— Понял, — чеканит О'Брайен; его лицо все еще напряжено, а взгляд суров.
Подвинувшись на край дивана, я произношу стальным голосом: — Моя работа — следить за тем, чтобы мы тебя не потеряли. И, Дэниел, я не облажаюсь. Видит Бог, пусть лучше ты будешь меня ненавидеть, чем станешь одним из них.
Вместо того чтобы сказать, что он не один из них, он медленно кивает.
— Я все понял, Джефферсон.
Ненавижу видеть его таким. Глубоко вздохнув, я слегка опускаю плечи.
— Я тебе не враг. Я переживаю за тебя, Дэниел. Ты значишь для меня больше, чем когда-либо сможешь представить. — Бросив на него умоляющий взгляд, я добавляю: — Ты мой напарник. И мы с тобой до конца.
Выражение его лица начинает смягчаться, и он прикрывает глаза.
— Я знаю. — Когда он снова их открывает, они излучают тепло, прежняя резкость исчезает. — Я знаю, Джей Джей.
— Ты правда сможешь это сделать? — Мой взгляд снова прикован к его лицу, ища любые признаки того, что О'Брайен на пределе.
— Осталось всего пять дней. — Он делает глубокий вдох, на его груди натягивается белая футболка. Достав телефон, он произносит: — Давай ставить жучок.
Кивнув, я возвращаюсь на свой диван. Взяв ноутбук, я отправляю зашифрованное сообщение на его номер. Я наблюдаю, как О'Брайен открывает его, и на экране компьютера появляется подтверждение, что я получила доступ к его устройству.
— Готово.
Уголок его губ слегка приподнимается, а по лицу пробегает тень сожаления.
— Теперь ты сможешь слышать все, что происходит вокруг меня.
— Это сэкономит нам время на твоих отчетах, — пытаюсь я пошутить, но шутка выходит плоской. Прокашлявшись, я спрашиваю: — Ты знаешь, где пройдет вечеринка?
О'Брайен качает головой.
— Я узнаю за день до начала. Джон упомянул, что она будет на яхте.
— Джон?
— Бериша, — поправляется он.
Сначала был Доброши, теперь Бериша? Он воспринимает их как друзей.
Одарив меня улыбкой, которая не затрагивает глаз, О'Брайен произносит: — Еще пять дней, и с этим будет покончено.
Понимая, что до начала облавы многое может пойти не по плану, моя тревога лишь нарастает.
— Просто выберись оттуда целым и невредимым, — шепчу я, чувствуя, как в груди нарастают эмоции. — Я не переживу, если потеряю тебя.
Взгляд О'Брайена встречается с моим, и уголок его рта приподнимается в печальной улыбке.
— Ты меня не потеряешь.
Глава 16
О'БРАЙЕН
Мы работали не покладая рук, перевозили наркотики и девушек, собирали долги и готовили все к этим выходным.
Я не был дома с тех пор, как в последний раз видел Джей Джей, и ненавидел то, каким напряженным было наше расставание. Сказать, что меня разрывает на части — ничего не сказать.
Когда Вы занимаетесь контрабандой всякого дерьма и ваша жизнь каждую гребаную секунду висит на волоске, у вас нет иного выбора, кроме как доверять тому, кто прикрывает вашу спину. Джозефу. Как бы я ни старался, я не мог помешать этой дружбе укорениться во мне.