Ветер от лопастей хлещет меня по лицу волосами Джей Джей, а затем я встречаюсь взглядом с Зефом Рамой.
Может, он и под стражей, но он видит меня не в последний раз.
Я отомщу.
Четыре года моей жизни подошли к концу, и я должен был бы чувствовать колоссальное облегчение оттого, что синдикат Брегу повержен, но внутри лишь бесчестье и вина, такие тяжелые, что я задыхаюсь.
Дядя Карл подходит, кладет руку мне на плечо и наклоняется ближе, чтобы мы могли услышать его сквозь шум.
— Вы оба в порядке?
Встретившись с ним взглядом, я качаю головой.
Мы не в порядке.
Мы больше никогда не будем в порядке.
ЧАСТЬ 3
Глава 21
ДЖЕЙ ДЖЕЙ
Когда мы выходим из больницы, Росси идет рядом со мной. Мы направляемся к черному внедорожнику, и я забираюсь на пассажирское сиденье. Пристегнув ремень безопасности, я откидываю голову на подголовник и утыкаюсь взглядом в пустоту.
Когда я спросила про О'Брайена, шеф Арчер сказал, что мы не сможем увидеться, пока оба не закончим с допросами.
Этот допрос висит надо мной как дамоклов меч.
Я расскажу им все, кроме того, что произошло между мной и О'Брайеном. Это не их дело.
За все время в больнице — а провела я там всего два дня — я видела только Росси и шефа Арчера. И дело было не в физических травмах, а в моем эмоциональном и психическом состоянии.
Я полностью раздавлена.
Я не способна справиться с тем, что произошло. Мне нужен О'Брайен, но гребаный протокол связывает мне руки.
Мне нужно увидеть в его глазах, что между нами все по-прежнему в порядке.
Мне нужно, чтобы он обнял меня и сказал, что случившееся на яхте ничего между нами не меняет.
Мне нужно, чтобы он рявкнул какой-нибудь приказ, чтобы я могла переключиться на что-то другое, а не на преследующие меня воспоминания.
Он нужен мне.
Но его нет рядом, чтобы сражаться с моими демонами, когда они один за другим лезут наружу.
Я ничего не сделала, чтобы помочь тем девушкам.
Я находила защиту в объятиях О'Брайена. Находила удовольствие в его теле. И все это в то время, как других девушек насиловали, пытали и убивали.
Перед глазами призраком встает пара стеклянных глаз. Пена у рта. Синюшный оттенок кожи.
Ее крики, когда ее насиловали, прижав к перилам, проносятся сквозь меня, словно навязчивый ветер.
Зажмурившись, я пытаюсь подавить эти воспоминания, но не могу. Я вынуждена смотреть в лицо реальности, вынуждена отвечать за свои грехи.
— Ты как? — тихо спрашивает Росси.
Я кивают, с трудом сглатывая подступивший к горлу стыд.
— Нормально.
— Хочешь поговорить об этом?
Я медленно качаю головой.
— Нет.
Внедорожник останавливается перед моим домом. Я смотрю на него, но не нахожу в нем ничего знакомого — все кажется чужим.
— У тебя есть мой номер. Звони, если что-то понадобится, — говорит Росси.
Мне нужен О'Брайен.
Открывая дверцу, я шепчу: — Спасибо.
Стоит мне ступить на дорожку, как входная дверь распахивается, и из дома пулей вылетает Линдси.
— Джей Джей!
Мои ноги подкашиваются, стены рушатся, и, всхлипнув, я опускаюсь на колени. Линдси падает передо мной и обнимает меня. Я хватаюсь за нее и издаю сдавленный крик.
— Я здесь, — ее голос дрожит от слез. — Я здесь.
— Давайте зайдем в дом, — слышу я голос Росси. Она хватает меня за плечи и помогает подняться. Меня заводят внутри и опускают на диван.
Дыхание становится слишком частым, сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
Крики.
Плач.
Зеф Рама, силой врывающийся в меня. Его руки повсюду на моем теле. Отвращение.
Согнувшись пополам, я захожусь в крике. Росси хватает меня за челюсть, заставляя поднять лицо, и резко командует: — Открой рот.
Я подчиняюсь, и она кладет мне под язык таблетку. Она растворяется, а я продолжаю смотреть на Росси, пока медикаментозное спокойствие не разливается по моему телу.
Росси поднимается на ноги и протягивает Линдси флакон с таблетками.
— Дай ей одну, если начнется паническая атака. В восемь утра она должна быть в бюро.
Линдси кивает и провожает Росси, а затем садится рядом со мной и прижимает к себе.
После долгих минут молчаливых объятий сестра спрашивает: — Что случилось?
Закрыв глаза, я впервые признаю правду: — Я потеряла О'Брайена.
