— Я, блядь, изнасиловал женщину, которую люблю! — Мой взгляд сталкивается с глазами дяди. — Я уничтожил ее. — Голос срывается. — Я подвел ее.
Дядя Карл обходит кухонный остров и сжимает меня в отцовских объятиях, которых я не заслуживаю.
— Нет, Дэниел. Но ты подводишь ее прямо сейчас. Если ты поговоришь с Джей Джей, вы сможете пройти через это.
Я резко качаю головой, вырываясь из его хватки.
— Тут не о чем говорить. Я не могу смотреть ей в глаза.
— Тебе нужно, блядь, поступить как мужчина и дать этой женщине возможность поставить точку, которую она заслуживает!
Я знаю.
— Я не могу. — Опустив голову, как последний трус, я произношу: — То, что я уничтожил ее… это убивает меня. — Мне каким-то образом удается поднять на него глаза. — Я не могу смотреть в ее глаза и видеть боль, которую сам же причинил. Я не могу смотреть в лицо тому, что я с ней сделал.
— Можешь, и ты сделаешь это. — Дядя Карл подходит ко мне вплотную. — Если ты любишь эту женщину, ты встретишься с ней. Джей Джей сильная, Дэниел. Боже, вы оба испытываете адскую боль. Проясните все, чтобы вы могли двигаться дальше.
Двигаться дальше к чему? К жизни без Джей Джей?
Да я лучше умру.
Глава 23
ДЖЕЙ ДЖЕЙ
Я вижу Раму, но не чувствую, что это он. Хотя это лицо и тело Рамы, мне кажется, что это О'Брайен.
Я лихорадочно осматриваю темную комнату, но нигде не могу найти О'Брайена.
— Посмотри на меня!
Я снова перевожу взгляд на лицо перед собой. Стервятник.
— Боже! — я вскакиваю с кровати и замираю посреди спальни, прижав руку к бешено колотящемуся сердцу. Меня пробирает дрожь от воспоминаний о сне, и я выбегаю из комнаты, пытаясь убежать от них.
Подойдя к окну в гостиной, как я делала почти каждую ночь, просыпаясь от кошмаров, я осторожно отодвигаю шторы и смотрю на другую сторону улицы.
Он здесь.
С тех пор, как я видела О'Брайена в последний раз, когда он проигнорировал меня, я много раз замечала, как его машина стоит через дорогу.
Это дает мне надежду.
Это не дает мне сойти с ума.
Это утешает.
Теперь я знаю, что ему просто нужно время, и, надеюсь, что он свяжется со мной, когда будет готов.
Зимний холод подбирается к моим ступням и поднимается к лодыжкам, но мне все равно. Я стою неподвижно, не отрывая взгляда от темного внедорожника. Так я больше отдыхаю, потому что все внутри меня замирает. Кошмары отступают.
Я нахожу покой глубокой ночью, просто глядя на его машину.
Моя любовь к О'Брайену затмевает все. Навязчивые воспоминания, отвращение от изнасилования, саму травму.
— Я буду здесь, когда ты захочешь поговорить, — шепчу я, и от моего дыхания стекло на мгновение запотевает. Во внедорожнике загорается свет, и мои глаза жадно впитывают образ О'Брайена, когда он заводит машину. Прижав ладонь к окну, я расставляю пальцы по стеклу. — Я скучаю по тебе.
Его взгляд задерживается на мне на несколько драгоценных секунд, прежде чем он трогается с места, и свет гаснет, снова погружая его во тьму.
Сидя за своим столом, я ни на чем не могу сосредоточиться.
Я издаю жалкий вздох, просматривая список известных контактов Джозефа Доброши, который взял и исчез. Его последним известным местонахождением была больница, но прежде чем его успели задержать, он испарился вместе со своей семьей.
— Ничего? — спрашивает Росси.
Покачав головой, я бормочу: — Как будто он перестал существовать в ту секунду, как прошла облава.
— Мы его найдем, — говорит она. — Я сообщила в Интерпол, так что даже если он покинул страну, мы его найдем.
— Ты что-нибудь слышала о дате суда? — спрашиваю я, откидываясь на спинку стула. У меня нет сил, но я все равно каждый день прихожу на работу, потому что знаю, что О'Брайен в этом же здании. И хотя я его не вижу, сама мысль о том, что он рядом, помогает мне не сойти с ума.
— Джей Джей, — рявкает шеф сверху. Я поднимаю глаза. — Ко мне в кабинет. Живо.
— Удачи, — шепчет Росси, когда я поднимаюсь со стула.
С тех пор как прошла облава, шеф Арчер не в духе. Я знаю, это потому, что он переживает за О'Брайена. Я поднимаюсь по лестнице и вхожу к нему в кабинет.
— Закрой дверь, — бормочет он.
Выполнив приказ, я сажусь напротив него; между нами стол, сплошь заваленный бумагами. Шеф Арчер устало трет лицо, прежде чем посмотреть на меня.
— Как ты держишься?