— О'Брайен! — кричит она, и в ее голосе слышится паника. Я продолжаю идти, чтобы поскорее покончить с этим и оставить ее в покое, но она кричит: — Дэнни!
Я спотыкаюсь. У меня подгибаются ноги. Мое чертово сердце разрывается.
В голове проносятся воспоминания о том, что я с ней сделал. Я вижу, как ее тело дергается, пока Рама ее трахает, и это доводит меня до предела.
Убегая от Джей Джей, я врываюсь в кабинет шефа Купера и выпаливаю: — С меня хватит. Считайте это моим заявлением об уходе. — Сняв значок и пистолет, я бросаю их на его стол и выхожу из кабинета, не обращая внимания на его просьбы остановиться.
Я иду дальше, не замечая ничего вокруг, и спешу к своей машине. У меня звонит телефон, я достаю его, выключаю, открываю дверь и сажусь за руль.
Напряжение нарастает, грозя вырваться из меня в любую секунду. Я в рекордно короткие сроки добираюсь до дома и, взбежав по лестнице, врываюсь в спальню родителей.
Все взрывается.
В приступе ярости я крушу все в комнате, ставшей моей тюремной камерой. Бутылки разбиваются о стену. Я срываю покрывало с кровати, переворачиваю матрас, распахиваю шкафы и выкидываю из них одежду.
Воздух обжигает мои легкие, безмолвные крики вырываются из меня, пока я обессиленно не падаю на колени.
Я перевожу дыхание всего пару секунд, а потом заставляю себя встать. Открыв сейф, я достаю свидетельство о праве собственности на дом.
Мне нужно все продать и убедиться, что Джей Джей получит каждый цент. Сосредоточившись на единственном способе загладить свою вину перед ней, я принимаюсь за дело; мне нужно покончить с этим, чтобы раз и навсегда положить конец этому аду.
Потеряв счет времени, я резко вскидываю голову, когда по дому разносится звонок в дверь. Я уже давно не слышал этого звука… Боже, даже не помню, когда это было в последний раз.
Подумав, что это либо юрист, чтобы составить мое завещание, либо агент, которому я звонил по поводу продажи дома, я спешу вниз по лестнице. Мой взгляд скользит по экрану камеры наблюдения, и, увидев Джей Джей, я мгновенно замираю.
Блядь, должно быть, дядя Карл дал ей мой адрес.
Несмотря на то, что нас разделяет входная дверь, я не могу оторвать взгляд от экрана и смотрю на нее, как умирающий.
Ветер подхватывает ее волосы, собранные в хвост, и треплет их. Джей Джей делает шаг вперед и стучит, а я бросаю взгляд на массивную деревянную дверь.
Я медленно подхожу ближе, пока мое дыхание не начинает согревать пространство между мной и дверью.
— О'Брайен, — зовет она, снова стуча.
Закрыв глаза, я прислоняюсь лбом к дереву.
Джей Джей.
Глава 24
ДЖЕЙ ДЖЕЙ
Не знаю, сколько времени я простоял у дома О'Брайена, стуча и молясь, чтобы он открыл.
Когда на город опускается ночь, отчаяние сжимает мне сердце. Я смотрю на окна и, не увидев света, вздыхаю.
Где ты?
Не успев осознать, что делаю, я прижимаюсь рукой к двери и, наклонившись, шепчу: — Пожалуйста, перестань меня отталкивать. Это меня убивает.
С трудом переводя дыхание, я отворачиваюсь от дома и на негнущихся ногах спускаюсь по лестнице к своей машине.
Я знаю, что время на исходе, и с каждым шагом отчаянная потребность поговорить с О'Брайеном только растет.
Он уволился из ФБР.
Я слишком давлю на него? Это его способ разорвать со мной все связи?
Боже, что же мне делать?
Мои мысли — сплошной сумбур, как и воспоминания о прошлом годе. Кажется, что все потеряло смысл.
Когда я возвращаюсь домой, Линдси внимательно смотрит на меня, а потом сочувственно вздыхает.
— Не получилось?
Я качаю головой, тяжело опускаясь на диван.
— Что же мне делать?
Сестра садится на соседний диван.
— Может, ему просто нужно время?
Я решительно качаю головой, вспоминая, как в его глазах мелькали осколки. Меня охватывает дурное предчувствие.
— Он уволился из ФБР… — Я снова качаю головой. — Мне кажется, если я не сделаю что-то радикальное, чтобы достучаться до него, я потеряю его навсегда.
На ее лице отражается сочувствие.
— Джей Джей, я спрашиваю не для того, чтобы задеть тебя, но… он вообще когда-нибудь был твоим?
Меня пронзает сомнение, потому что она права. Это я люблю его. Это я растворилась в нем на той яхте. Возможно, О'Брайен чувствует совсем другое и уезжает, чтобы сбежать от меня, той, которая постоянно его преследует.
Опустив голову на руки, я бормочу: — Я так запуталась. — А затем снова хватаюсь за соломинку надежды, отказываясь сдаваться. — Ему не все равно, Линдси. Я знаю, что не все равно.