Во время всей этой формальной части я продолжаю смотреть на прекрасную женщину рядом со мной, а затем мы поворачиваемся друг к другу.
Я делаю глубокий вдох, в моем голосе звучит все, что я к ней чувствую.
— Джей Джей, ты моя спасительная нить. Мое здравомыслие. Чтобы дойти до этого момента, нам пришлось пройти через ад, и ради тебя я пройду его снова. Ради тебя я пожертвую всем, что у меня есть, всем, что я есть. Ради тебя я живу. — Я надеваю обручальное кольцо на ее тонкий палец. — Я люблю тебя. И буду любить всегда. До последнего вздоха.
— О'Брайен. — Ее голос дрожит, отдаваясь эхом в моем сердце. — Ты мой напарник. Мой партнер на всю жизнь. И мы с тобой до конца. — Уголок ее губ приподнимается. — В тот день, когда ты спрыгнул на меня на том складе, ты буквально сразил меня наповал.
Я тихо смеюсь, смахивая слезу.
— Я влюбилась в тебя в одно мгновение. — Она тяжело сглатывает. — Ты моя сила. Моя причина жить. Ты вся моя жизнь. Моя любовь к тебе всепоглощающа и вечна. — Она надевает кольцо мне на палец, и ее глаза радостно блестят, когда она смотрит на меня снизу вверх. — Я буду любить тебя всем сердцем, пока я жива.
Не дожидаясь, пока священник объявит нас мужем и женой, я обхватываю ее лицо руками и целую свою жену так, что у нее перехватывает дыхание. Даже сам ад не смог бы нас разлучить, так что у священника нет шансов.
Я слышу, как священник заканчивает церемонию, а потом вокруг раздаются радостные возгласы.
Моя жена.
Моя душа.
Мое все.
ДЖЕЙ ДЖЕЙ
Их будущее…
— Блейкли, ты сделала уроки? — кричу я из кухни.
Не дождавшись ответа, я подхожу к лестнице.
— Блейкли?
Снова тишина. Поднявшись к ее спальне, я толкаю дверь, но комната пуста.
С третьего этажа доносится тихое хихиканье. Зайдя в нашу спальню, я вижу Блейкли и Илайджу, лежащих по обе стороны от О'Брайена.
— Волк дул, и дул, но..?
— Но не смог сдуть домик! — кричит Илайджа.
— Вот тебе и сказки на ночь, чтобы дети уснули. — Я вхожу в комнату, забираюсь на кровать и строго смотрю на Блейкли. — Ты сделала уроки?
— Да, папочка помог.
Улегшись рядом, я устало выдыхаю, пока О'Брайен продолжает читать сказку.
Где-то на середине второй сказки я засыпаю, но просыпаюсь от того, что мое лицо осыпают поцелуями.
— Пора укладывать нас спать, мам! — практически кричит Илайджа, прыгая на матрасе.
— В вас слишком много энергии, — жалуюсь я, заставляя себя подняться. — Скажите папе спокойной ночи.
Я наблюдаю, как они в шутку набрасываются на отца, а затем выпроваживаю их из комнаты и веду вниз по лестнице. У меня уходит больше десяти минут только на то, чтобы уложить их в кровати, после чего я целую каждого в лоб.
— Сладких снов.
— Спокойной ночи, мамочка, — хором отвечают они.
Я оставляю дверь приоткрытой, чтобы в комнату падал свет из коридора, и замираю, услышав какой-то шум внизу.
Спустившись посмотреть, в чем дело, я вижу, как О'Брайен проверяет все двери и включает сигнализацию. Он направляется ко мне, и я, точь-в-точь как дети, протягиваю к нему руки.
— На ручки.
Тихо усмехнувшись, он подхватывает меня, а я обвиваю ногами его талию. Устроив голову на его плече, я вздыхаю.
— Теперь я понимаю, почему им так нравится, когда их носят на руках.
— За это полагается платить поцелуем в щеку, — мурлычет он, относя меня в спальню. Опустив меня на матрас, он нависает сверху.
— М-м-м… мне нравится, к чему все идет, — говорю я, хватаясь за его футболку и стягивая ее через голову. Даже после десяти лет брака этот мужчина по-прежнему сводит меня с ума.
Покрывая поцелуями шею, он спускается к моей груди и начинает ласкает ее. Его рука накрывает мой рот, и я улыбаюсь в его ладонь, зная, что будет дальше.
Когда он резко входит в меня, мой стон тонет в его ладони, чтобы дети ничего не услышали. О'Брайен берет меня жестко и быстро, понимая, что наш момент уединения может прерваться в любую секунду.
Он доводит меня до пика и срывается следом, наши тела содрогаются в унисон.
— Мамочка! — зовет Илайджа. — Я хочу пить.
— Секундочку, — откликаюсь я, а затем закусываю нижнюю губу, когда О'Брайен вбивается в меня в последний раз. — Боже, как бы я хотела, чтобы у нас было больше пяти минут, — жалуюсь я, когда он отстраняется и целует мою грудь.
— В этот четверг Линдси забирает детей, верно? — спрашивает он, перекатываясь на бок.
— Да. И мы не пойдем никуда ужинать. Мы останемся в постели на всю ночь, — бормочу я, быстро одеваясь и направляясь к двери.