Спасительная женщина

— Галя, трехкомнатная значительно дороже, как мы будем рассчитываться?

— Я же хочу, чтоб было как лучше, чтоб как у людей…

Пчелкин засиживался до поздней ночи над чертежами, и Галочкино желание воплощалось в нечто реальное.

— Галя, — сказал как-то Пчелкин, — ты бы помыла посуду, мне сегодня очень некогда.

— Митенька, ты видишь их? — и протянула ему свои руки.

Да, он видел их: белые-белые, длинные коготки аккуратно закруглены.

— Я же хочу, чтоб тебе завидовали все… вот; мол, какая у него жена красивая… И ты мне ореховый гарнитур обещал… Надо ж, чтоб как у людей!..

Митя ничего не сказал. Недельки через две он исчез из дому.

Галочка всплакнула и скоро утешилась, вспомнив, что такое бывает и у людей.

Однако…

Говорить иль нет в стихах
О досадных пустяках?
…С виду Моль — совсем никто,
Но на нет свела пальто!

Задним числом

Хмельной задира был невыносим:
Одних толкал, в лицо грубил другим.
Народ в трамвае страшно
                                       возмутился…
После того, как пьяный удалился.

Бьют рекорды

Два дня подряд в конторе говорят
О том, что Влас установил рекорд:
За пять часов
Осилил семь шарад,
Четыре метаграммы и кроссворд!
Узнав про это,
Побледнел наш зав,
Промолвил еле слышно:
— Что за черт!
И, со стола журналов кипу взяв,
К себе помчался —
Чтоб побить рекорд!

Новый метод

Когда начался пятый семестр, Вовку Ершова осенило. Он поставил на стол серый ящик и сказал:

— Теперь можно обходиться без книг. Будешь спокойненько спать, а проснешься — готово.

Я только об этом и мечтал. Однако Ершу не поверил.

— Напрасно, — невозмутимо сказал Ерш. — Ты только представь себе. Приходишь в общагу, плотно ужинаешь кефирчиком с белоснежной булочкой, падаешь в кроватку, нажимаешь кнопку и… «априорные синтетические суждения в теоретическом естествознании возможны, согласно Канту, благодаря категориям — понятиям рассудка, независимым от доставляемого опытом материала»… Это я на память прочитал, а то будет звучать вот из «мага». Красотища… ты спишь, а…

— Обучение во сне! — воскликнул я.

— Вот именно, обучение во сне! Двадцатый век шагает по планете. Объем научной информации возрастает ежечасно, а ты спишь по 12 часов в сутки и теряешь золотое время! Потомки не простят нам этого!

Я заорал:

— Давай, что там у тебя, включай! Сегодня же начнем!

— Э-э-э… Ничего не выйдет! Видишь ли, — вздохнул Ерш, — прежде чем что-либо выучить, надо текст книги занести на пленку. Мы же имеем, — он нажал на кнопку, и в комнате во всю мощь динамика раздался такой рев Дина Рида, что стены задрожали от кулаков соседей. — Но я берусь, — голос его приобрел торжественность, — этими длинными зимними вечерами перенести содержание книги на пленку.

Ерш сдержал слово. Он добросовестно читал страницу за страницей в микрофон, отдельные, трудные места и важные положения повторял два-три раза, а дойдя до конца пленки, терпеливо прослушивал ее всю, проверяя качество записи…

Во время сессии перед каждым экзаменом я спал с наушниками…

…Но каникулы я провел отвратительно. Неделю бегал за преподавателем, пока не отрубил «хвосты»…

В следующий раз текст на пленку буду записывать я.

Выкрутился

Лектора
Завел в тупик вопрос:
«А когда нам сеять купорос?»
Свой престиж стараясь сохранить,
Он промолвил: «Надо уточнить.
У меня с собою данных нет,
Я пришлю вам письменный ответ!»

Не ее идеал

Нахрапкина ушла от муженька.
Не угодил, хоть был он нежен с нею.
Пять лет носил супругу на руках,
Она ж мечтала —
Сесть ему на шею.

Его правило

Имел оклад. Всегда старался
Работать только «в меру сил»:
Была работа — уклонялся,
А не было — и не просил.

Бабье лето

Погода установилась. Женщины вышли в поле. Они копали, рыли, поливали, пололи, потом шли домой и готовили обед, купали ребятишек, стирали, мыли, скребли, чистили, снова шли в поле…