Глава 10. Первое утро
Ночью Саше ничего не снилось. Едва открыв глаза, девушка сразу поняла, что не выспалась. От мысли, что произойдет, когда она окончательно проснётся, Саше хотелось нырнуть обратно, в вязкую темноту сна. Все произошедшее вчера казалось ей жуткой глупостью, нереальной плохой сказкой. Разве можно представить, что в свои двадцать три года девушка, не кисейная барышня, изнемогающая в ожидании любви, а преподающая языки в интернате самостоятельная особа, будет умаливать отца не выдавать её замуж? А гордым рыцарем, решившимся на спасение, окажется взрослый немец с тёмным прошлым. Сев в кровати, Саша встряхнула головой, будто пытаясь скинуть с себя все эти глупости.
За окном едва-едва забрезжил рассвет, и девушка поняла, что поспала всего несколько часов. Из окна гостевой спальни открывался захватывающий вид на холмы, покрытые многочисленными соснами. В лучах восходящего солнца деревья казались угольно-чёрными, и лишь на горизонте проглядывалась сияющая хвойная полоска. Небо вокруг поднимающегося диска расходилось алыми, розовыми и нежно-оранжевыми кругами, оно слегка кучерявилось бело-пышными, как барашки, облаками. Весь воздух дышал стрекотанием ещё не засыпающих сверчков. Саша пошире раскрыла створки окна и ощутила свежий росистый воздух, полнившийся запахами ароматной травы, бархатистых петуний, царственных гортензий. Саше показалось, что вдыхая этот воздух, она вдыхает глоток новой жизни, окончательно спокойной и окончательно свободной.
Девушка аккуратно спустила ноги с кровати и коснулась стопами прохладного деревянного пола. Доски слегка скрипнули, взрезав воздух резким звуком. Этот скрип будто бы разбил утреннюю магическую таинственность, впустив в комнату привычную шумную суету дня. Саша накинула халат, любезно предоставленный служанками, и подошла к зеркалу. В мерцающих утренних сумерках рыжие волосы девушки казались пылающим пламенем. Гребень легко скользил по огненным волнам, гипнотизируя Сашин взгляд. В голове девушки не было никаких мыслей, лишь абсолютная решительность и странное доверие Гейдельбергу.
В дверь постучали, и кто-то неловко заглянул в комнату.
— Ах, вы уже проснулись? — смущенно воскликнула молоденькая голубоглазая служанка. — Прошу прощения, если потревожила вас. Александра Игоревна, вам уже подать завтрак? Если хотите, можете подождать Якова Карловича: он будет завтракать через полчаса.
Саша не хотела встречаться с Гейдельбергом так рано, поэтому ответила, что можно подавать завтрак сейчас. Она заколола волосы в высокую причёску, чтобы не мешались, надела серое шерстяное платье с длинным рукавом, принесённое служанкой, и вышла из комнаты.
Столовая была очень просторной и светлой, что значительно отличало её от других тёмных комнат в доме. На окнах вместо тяжёлых занавесок висела лёгкая тюль, которая сейчас колыхалась от лёгкого, но уже прохладного августовского ветра. Стол был выполнен из крепкого тёмного дуба, сверху он был покрыт необыкновенной кружевной скатертью молочного цвета, а поверх ещё были брошены шесть шоколадных салфеток под приборы и посуду по количеству стульев. Посреди стола стояла большая ваза с внушительным букетом луговых ромашек, вазы поменьше стояли по углам комнаты. Вокруг суетились служанки: раскладывали приборы, вносили чайнички, кастрюльки, тарелки с фруктами и ягодами.
— Может я могу вам помочь? — эти слова, сорвавшись с Сашиных губ, раскрасили лица девушек смущенным изумлением. Ни одна из них не ответила Александре, каждая лишь ещё быстрее засуетилась. Через минуту Саша осталась в столовой абсолютно одна.
Лестница не пошла на пользу Сашиной ноге. Припухлость уже совсем спала, но растяжение не прошло до конца, до сих пор напоминая Саше о глупом падении с коня. Девушка аккуратно опустилась на стул и рассмотрела наконец свой завтрак. На большой плоской тарелке расположились маленькие светлые колбаски, вероятно, из курицы, красные бобы, несколько видов сыра и свежие овощи. Рядом был поставлен маленький соусник со светлым, пахнущим травами соусом. Ещё Саше подали две кругленькие булочки и, как девушка поняла позднее, они были картофельные. На выбор ещё были предложены два чайника: один с крепким черным чаем, другой — с таким же крепким кофе. Дальше шли графин с молоком, серебристая кастрюля с варёными яйцами, другая серебристая кастрюля с овсянкой, длинный рулет с яблочно-вишнёвой сочащейся начинкой на серебряном подносе, вазочки с кукурузой и с маринованными огурцами и мисочка с паштетом. Глядя на всё это разнообразие, Саша поняла насколько она проголодалась. Вчера за всеми этими скандалами она даже не успела поесть, хотя родители и знатно приготовились к встрече Крамских. Хлеб таял во рту, а мясо и бобы были идеально просолены, и Саша даже улыбнулась от удовольствия.