Сисси резко фыркнула, встала со скамьи и направилась к дому. А Саша так и осталась сидеть, глядя в лазурное опрокинутое небо. Слёзы снова подступили к глазам, но девушка сдержала их, потому что обещала себе быть храброй и сильной несмотря ни на что. Саша направилась в дом вслед за сестрой, но по пути её остановил Яков Карлович и аккуратно приобнял за плечи. Девушка не отстранила его: сейчас она остро нуждалась хоть в ком-нибудь, хоть бы и этот кто-то был последним подлецом на свете.
— Я понимаю ваши чувства, Александра Игоревна, — мягко произнёс Гейдельберг, — когда-то давно со мной тоже вышло так, что я остался совершенно одиноким в своей семье. Но вы должны помнить, вы теперь не одиноки, по крайне мере на этот год.
По лицу его скользнула призрачная улыбка. Саша горько усмехнулась и встряхнула головой.
— Спасибо вам, Яков Карлович, спасибо. Хоть это все так больно и странно, я вам благодарна.
Глава 18. Новые грани Александры
Сразу по возвращении в поместье Саша заперлась в своей комнате. Хоть перед этим она и поблагодарила меня, но эмоции всё же захлестнули её, поэтому я и решил оставить девушку ненадолго в одиночестве.
— Господин Яков, — обратился ко мне Сергей Сергеевич по-немецки, когда я проводил взглядом Сашу в её спальню, — бумаги ждут вас в кабинете, Михаил зайдёт за ними позже. После обеда ждем Филиппа и Марка с женами. К слову, они крайне удивлены происходящим с вами. Ах, да, отец Александр тоже обещался быть. Есть ли какие-либо поручения или разрешите идти?
— Подготовьте к их приходу всё как надо, а так, можешь быть свободен.
Он откланялся, а я направился в свой кабинет. Как же мне хотелось покончить с неприятными разговорами, но братья подпортили мои планы. Я опустился в любимое кожаное кресло шоколадного цвета и устало взглянул на кипу бумаг на подпись. Мыслями я был возле Александры, этой хрупкой, но такой храброй девочки. Она не любила меня, но моей любви было достаточно на нас двоих, она не хотела видеть меня, но я готов был бороться и добиваться её внимания, она была расстроена, но я готов был ждать. К своим сорока годам я привык, что любая девушка не может сдержать себя под натиском моего обаяния. Саша оказалась другой: ей любое внимание и обаяние оказалось безразлично. И, естественно, моё это оказалось задето таким положением вещей. Да, я знаю, о чём вы подумали. От договора я своего не отрекаюсь, но и не прикипаю к нему как к единственно возможному догмату. Если моё сердце тянется к этой девушке, то почему же я должен сдерживать себя?
В таких мыслях я подписывал бумаги, а затем передал их Мише. Когда помощник оставил меня в одиночестве, я закурил сигару, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Юрген тоже ещё не знает, о моей авантюре, и я очень боюсь, что он её одобрит. Но деваться некуда, мальчишке придётся смириться с моим выбором, если он действительно хочет жить со мной в одном доме. Кто-то несмело постучался. Дверь тихонько открылась, и в комнату просунулась Мария.
— Господин Гейдельберг, прошу прощения, но ваша… Госпожа Ключевская устроила что-то невообразимое. Я, конечно, понимаю, у всех бывают плохие дни, но она зашла в вашу библиотеку и принялась разбрасываться вашими книгами…
Я резко подскочил и, слегка оттолкнув Марию, ринулся в библиотеку. Ещё на лестнице я услышал женские крики и всхлипы, а затем послышался грохот моих книг, смягчённый пушистым ковром. Я распахнул дверь и увидел, как хрупкая фигурка замахнулась над головой тяжёлым томиком в изумрудном переплёте. Увидев меня, взгляд Саши наполнился какой-то первобытной яростью, а затем девушка с силой швырнула книгу об пол.
Я ужаснулся тому, насколько резко и быстро сменилось её настроение. Я не мог понять, как ужиться с подобной пылкой натурой?
— У вас кругом немецкие книги! И совсем ничего на русском языке… Что я буду здесь делать, если мне даже нечего здесь прочитать?
— И это единственная причина, по которой вы решили разнести мою библиотеку в щепки? Госпожа Ключевская, я начинаю сомневаться, что делать вам предложение было разумным решением.
Она ахнула, но следующую книгу бросать на пол не стала. Щёки её залил алый румянец, а руки она неловко свела за спиной.