Девушка была за столом, уронив голову на сложенные на мягком бархате руки. Она крепко спала, видно было, как вздымается от дыхания её спина. Окно было открыто нараспашку, и лёгкий сквозняк морозными когтями скрёб комнату, поэтому я медленно запер створки, боясь испугать Александру. На её лице мягко покоилась безмятежность, веки подрагивали, видя сны, а губы слегка приоткрылись. Я легко коснулся плеча девушки, и она резко проснулась.
— Простите, у вас было незаперто, вот я и вошёл.
Испуг сменился растерянностью. Саша осмотрела меня с ног до головы, и нарочито поморщилась, видимо, учуяв запах коньяка.
— Я пришёл извиниться. Вы услышали то, чего вам не следовало слышать.
Я решил говорить с ней искренне, потому как мне было важно, чтобы она не чувствовала себя униженной или оскорблённой в моём доме. Но девчонка взъелась, едва я что-то успел произнести, и выпалила:
— Да уж, мне действительно не стоило этого слышать.
Я смерил её раздраженным взглядом, в надежде осадить её пыл. Я был взвинчен, поэтому с силой сжал стакан с алкоголем, цепляясь за него, словно за спасательный круг. Глоток, и огненная жидкость обожгла гортань, опьяняя мозг и согревая желудок.
— Вы — новый человек в нашей семье. Моим братьям сложно принять тот факт, что я теперь буду женат, особенно учитывая, что последние годы я часто сменял спутниц.
Как же поменялось её лицо в это мгновение. Вот она, госпожа Ревность собственной персоной навестила нас так внезапно и так желанно. Я вошёл в страшный раж злорадства, и, небрежно припомнив моих спутниц, осклабился, чтобы шокировать Александру ещё более.
— Вы продолжите их сменять?
— Продолжу ли я спать с каждой прелестной девушкой, которая кинется в мои объятья, лишь бы заглушить боль, с которой живу уже два десятка лет? Конечно, а что мне остаётся? Я ведь буду женат лишь формально. В действительности мы с вами чужие люди и не имеем обязанностей, какие имеют настоящие супруги.
Александра сначала побледнела, а затем её щёки покрылись стыдливым румянцем, а глаза подёрнулись блескучей пеленой слёз унижения.
— Какая же мерзость… Как вам не стыдно, говорить со мной о таких вещах?
Я допил коньяк и грохнул стаканом об стол. Какая же она наивная и глупая девчонка, строит из себя актриску, ежесекундно бросающуюся в слёзы. Я пришёл к ней не для того, чтобы бесконечно утирать слёзы и успокаивать детские истерики. Я сел на краешек стола и наклонился к её лицу.
— Вы теперь моя невеста, Саша, почему мне должно быть стыдно?
Тут она не выдержала моего напора и рванула со стула. Но в то же мгновение девушка столкнулась со мной и попыталась было оттолкнуть меня, но я схватил её за тонкое запястье. Её прохладная кожа почти что обожгла мою ладонь. Александру такой расклад дел не устроил, и она ринулась влево, но я оказался шустрее, выставив ногу, отчего девушка чуть не упала. Уже через секунду Саша была полностью обездвиживание моими объятьями.
— Вы уже не сможете пойти на попятную. Все сочтут вас глупой девчонкой, если вы сейчас сбежите от меня, и никто не поможет вам. Отец лишит вас наследства, а мать с сестрой откажутся общаться с вами. Кроме меня вам сейчас не к кому обратиться. Поэтому бросьте свои глупые переживания касательно меня и просто доверьтесь.
— Пустите меня. Я только появилась в вашем доме, вы обещали мне полную неприкосновенность, полное невмешательство в мою жизнь, а сейчас вы перешли и нарушили все границы.
Я готов был сильно встряхнуть её за плечи, чтобы она наконец поняла, что сопротивляться мне — гиблое дело, но я сдержался. Её настолько близкое присутствие пьянило не хуже хорошего коньяка. Я злился, ведь я знал, ей мои прикосновения были противны. Ни одна клеточка её организма не отозвалась приятной дрожью, а во взгляде, который я уловил в отражении окна, плескался страх.
— Я впустил вас в свою жизнь, — тихо произнёс Яков, вдыхая цветочный аромат блестящих волос девушки, — я приоткрыл вам свои тайны, готов открыть перед вами своё сердце, а вы воспринимаете всё в штыки. Когда вы соглашались на моё предложение, вам было не занимать смелости. Куда же она подевалась?
— Я же не знала, каких вещей вы от меня потребуете.
— Саша, перестаньте перекладывать ответственность за вашу жизнь на других людей. У вас было время обдумать мои слова, но тем не менее вы свой выбор сделали. Вы больше не ребёнок, а взрослая женщина, ведите себя подобающе.