В темноте Саша нашла стойло Буревестника, любимого гнедого её бабушки. Он был немного сонный, но всё же встретил девушку приветливым ржанием. После смерти бабушки, Саша была его любимицей, и всегда ездила на нём, когда приезжала домой на каникулы.
— Дружочек, мне нужна твоя помощь. Нам надо прокатиться, ты не против?
Конь нервно топнул ногой и ткнулся носом в Сашину ладонь. Так он всегда просил морковку, но сейчас Саша не захватила с собой лакомство. Пообещав в скором времени найти вознаграждение, девушка отвязала коня, мастерски быстро надела сбрую и седло, как вдруг услышала громкий голос отца и Владимира. Видимо они уже ринулись на поиски девушка, поэтому времени у неё оставалось крайне мало. Перекинув лямку саквояжа через плечо и раскрыв стойло, Саша буквально взлетела на коня и, причмокнув, ринулась с места. Буревестник огласил округу воинственным ржанием.
Плана не было. Саша подумала сначала поехать к троюродной сестре и её мужу: их поместье находилось шести верстах от Ключевских. Но вечер спустился так быстро, солнце уже было погребено под горизонтом, а луна, хоть и налившаяся в полную силу, не могла до конца осветить дорогу, петлявшую и через леса, и через луга. Через четверть часа Саша с ужасом обнаружила, что нужного поворота на поместье давно нет, а леса стали слишком незнакомыми. Буревестник, почувствовавший смятение хозяйки, замедлился и стал пугливо оглядываться. Саше тёрла нежное плечо лямка саквояжа, поэтому необходимо было решать, что делать дальше. Возвращаться было никак нельзя, ведь домой ей путь заказан, а пытаться найти дорогу к сестре в такой темноте было делом ещё более гиблым. Вдруг среди чернеющих стволов берёз Саша увидела крохотный огонёк. Буревестник его тоже заприметил и уже более уверенным галопом направился к свету, заставив хозяйку ниже пригнуться к его спине.
Ещё через пару минут огонёк превратился в богатое поместье, огороженное ажурным кованым забором. Лепнина на крыльце и мезонине показалась девушке слишком знакомой, и она с ужасом обнаружила, что их с Буревестником принесло к дому Якова Карловича Гейдельберга.
Глава 6. (Не)желанная встреча
Саша подъехала к воротам как можно ближе, чтобы попытаться разглядеть, нет ли кого-нибудь во дворе. На зло, ни одной души на глаза Саше не попалось. Как же так? Небезызвестный Гейдельберг, вечно окруженный толпой поклонников и поклонниц, не принимал у себя в субботний вечер приятелей? Но, вполне возможно, он сам в гостях, поэтому в поместье так тихо? Саша решила спешиться, чтобы разыскать сторожа и справиться у него о правильном пути в дом сестры. Девушка только высвободила правую ногу из стремени остановившегося Буревестника и занесла её над спиной коня, как вдруг воздух взрезал оглушительной лай какого-то очень большого пса. Животное подбежало к забору и стало протискивать поблёскивающую слюной чёрную пасть между прутьями. Саша так испугалась, что не успела достать левую ногу из стремени. Под собственным весом и весом набитого саквояжа девушка повалилась на землю, к тому же, неаккуратно выставив правую ногу. Острая боль пронзила лодыжку. Саша охнула, хватаясь за ногу, а Буревестник громко заржал. Лай собаки становился всё громче, и на шум кто-то выбежал из поместья.
— Что происходит? В чём дело? Русак, уймись!
Лязгнули ворота, и кто-то грубо, не для девичьих ушей, выругался. Сашу, которая всё это время держалась за ногу, пытаясь унять нестерпимую боль, подхватили чьи-то большие и мягкие руки и понесли её в дом. Девушка смогла оправиться от шока и боли лишь через четверть часа. Она наконец смогла рассмотреть убранство уже знакомого ей дома, снова отметила, что её изумрудное бархатное платье идеально вписывается в интерьер, и наконец разглядела человека, который ей помог. Перед Сашей, которую уложили на софу в парадной зале, суетился грузный мужчина в ночном халате и тапочках на голую ногу. Он был совсем не молод, гораздо старше её отца, но судить о его возрасте можно было лишь по морщинистым рукам и лёгкой залысине на затылке. Он бегал по комнате с тазом воды, раздавал указания уже было отошедшим ко сну служанкам, вызвал конюха, чтобы тот занялся Буревестником. Наконец, он подошёл к Саше.
— Вам нужно разуться. По всей видимости, вы вывихнули ногу, пока слезали с коня. Лишь бы перелома не было. Эх, ну разве так можно спускаться с лошади?
Саша смотрела на мужчину с недоверием, но к указанию разуться прислушалась. Любое прикосновение к лодыжке отзывалось жуткой болью, которая заставляла её сердце замирать на секунду. Когда чулки и тесёмки были сброшены, взору Саши и грузного мужчины предстала опухшая и раскрасневшаяся кожа. Мужчина аккуратно прикоснулся к коже девушки и слегка на неё надавил, а затем покачал головой.