Когда наступает тишина, Ральф с Лилей одновременно садятся на постели, прикрывшись простынями. Ральф убирает упавшую на глаза девушки прядь и вновь вопросительно смотрит.
– Да, это было технично, – оценивает Лиля и, помолчав, улыбается. – А теперь попробуем еще разок – лилейно.
Поднимает с пола рубашку и накидывает ее на себя. Обходит на цыпочках комнату, прихватив плавающий в чашке с водой цветок лилии. Запрыгивает на подоконник. Усаживается на нем поудобнее, запрокинув вверх голову и увенчав лоб лилией.
– Главное, не потревожить покоя цветка – он не должен упасть. Иди же сюда, Ральф!
По ее лицу – от лилии – стекают капли воды. Ральф пытается поймать поцелуем сначала одну каплю, затем – вторую и третью. Устремив глаза вверх, Лиля обхватывает его ногами. Прикусывает нижнюю губу. Ральф подхватывает девушку с подоконника и осторожно укладывает на кровати, следя за тем, чтобы цветок не упал. Лилия колышется все быстрее. Вдруг картинка словно передергивается и звучат два стона – мужской и женский. Цветок едва не падает, но рука Лили успевает его придержать.
– Разве, не стоило сорвать лилию – ради такого момента? – шепчет девушке на ухо Ральф.
И далее, один за другим, целует пальцы Лилиной руки – с проглядывающими между ними белыми лепестками.
Водитель (при внимательном рассмотрении, его можно признать похожим на Первого ханурика, несколько изменившего свой облик) и Илья трясутся в кабине грузовика. На обочине мелькает женская фигура в темном платье.
– Нонна в церковь пошла. В Буйнакске боевики взорвали ее дом. Муж и двое детей погибли! – рассказывает водитель. – Здесь у матери теперь живет.
– И как – отошла?
– Говорит, тот взрыв навсегда лишил ее и настоящего, и будущего. Мол, осталась только память о прошлом! – добавляет шофер. – Хотя это неправильно, конечно. Жизнь должна продолжаться!
– Да, неправильно.
– Жаль, красивая баба еще! Я обычно ее подвожу.
– Остановись! Подвези ее. Я сам доберусь! – проговаривает Илья.
Переходит на противоположную сторону шоссе. И снова «голосует».
– Но это же обратное направление! – кричит из окна грузовика водитель. – Ты не перепутал, парень?
– Нет, не перепутал!
Перед Ильей притормаживает другой грузовик. И он дежурно произносит: «До базы отдыха «Рассвет» подбросишь?»
К слову, и этот водитель может напомнить внимательному наблюдателю Второго ханурика, изменившего свой облик. Он отмечает: «Какой рассвет – вечер скоро?! Не опоздал ли?».
«А ты поднажми! Тогда успею!» – бросает Илья и хлопает дверцей.
Грузовик срывается с места.
Лиля сидит под «грибочком и смотрит на речку, над которой начинает опускаться солнце. Лада-Лора, Нетужилкин, Ральф и Рози встают перед ней полукругом.
– Надо решить, как действовать дальше, – прерывает тишину Лада-Лора.
– Есть идеи?
– Допустим, я могу в прямом эфире рассказать, что готовится теракт. А Ральф с Рози подтвердят.
– Но пока мы будем со всеми объясняться, боевики успеют осуществить свой план! – возражает Ральф.
– А на это ей наплевать! – Лиля выскакивает из-под «грибка». – Главное, выдать на-гора сенсацию!
– Стоп, а не ты ли та самая малахольная редакторша, что станцию метро от взрыва спасла, а на камеру сняться отказалась?
– Митя? Растрепал-таки!
– «Митя», значит? Сохнешь по режиссеру, скромница-маргаритка? – наступает на девушку Лада-Лора.
– Так, о своих похождениях трезвонь по свету, сколько хочешь! – Лиля упирает руки в бока. – А в мою частную жизнь не лезь!
– А то – что? – насмешливо подначивает ее оппонентка.
– А то подсыплю немного песочка в карбюратор, чтобы притормозила!
Проговаривая это, Лиля быстро наклоняется и, зачерпнув пригоршню песка, швыряет его в Ладу-Лору. Утирая лицо, та бросает ответную пригоршню. Но попадает в Рози, вставшую, было, между ними.
– Девочки, перестаньте! – пытается утихомирить их Рози. – С ума сошли?
– А они все там – в ящике – заигрались в свои игры и спятили! – Лиля без устали продолжает кидать песок в Ладу-Лору, и, промахнувшись, также попадает в Нетужилкина, грозно наступающего на теледиву.
И Лада-Лора, без разбора уже, обсыпает песком всех подряд. Песчаную бурю останавливает окрик Ильи.
– Развлекаетесь? – он снимает шляпу и стряхивает песок. – Как понимаю, хорошо отдохнули?