– Будешь всем рассказывать, конечно прижи… – голос вдруг замолчал, последовала секунда ошеломленной тишины и он повторил: – Как Айт… Для Айтвараса… А Елеафам – Фима… Какая занятная манера… Где эта посланница?
«Похоже, всеирийской шпионки из меня не вышло – на чем могла, на всем прокололась! – пронеслось в голове у Ирки. – Ну что ж, я ведь и собиралась сыграть в открытую – а они точно что-то знают об Айте». Ирка решительно выпрямилась. Дверь распахнулась…
– Заходи! – усмехнулся оранжевый Фима… Елеафам, конечно же Елеафам.
– Слышала? Топай давай! – истерично выкрикнул змееныш и попытался ткнуть Ирку кулаком в спину. Ирка инстинктивно шагнула вбок… и кулак змееныша врезался в дверной косяк. Стенка содрогнулась. Разговоры в очереди стихли.
– Уй-уй-уй! Дядя, она снова! Снова! – прижимая ушибленный кулак к груди, ругающийся змееныш прыгал посреди коридора.
– Что – снова? Не дала себя избить? – презрительно бросил дядюшка. – Все! Сегодня же к отцу, обратно. Пусть сам такое сокровище… хоть прикопает вместо клада! – и втянул Ирку за дверь.
Ирка чувствовала, как прожигает ей лопатки ненавидящий взгляд змееныша, причем в буквальном смысле – рубашка запахла как после утюга. Да что на нее все сегодня пялятся – и хоть бы кто по-доброму!
Она разочаровано вздохнула. Вот знала, что Айта здесь нет… а все равно внутри сжималось что-то: сейчас зайдет, а навстречу ей шагнет высокий, изящный и впрямь по-змеиному гибкий, черноволосый… Шагнул. И правда гибкий, не то что оранжевый Фима. Чересчур изящный. Не очень высокий, а главное – такой блондин, что… сплошное разочарование. А ведь ей раньше нравились блондины.
– Рады приветствовать посланницу Верховной Халы. – Блондин жестом пригласил Ирку сесть в кресло. – Прошу прощения. Я сейчас… – С острым любопытством косясь на Ирку, он наскоро черкнул пару слов на листке и выглянул за дверь. Мгновение там царила тишина, потом оставшийся в коридоре змееныш восторженно взвизгнул:
– Повиновение и исполнение! – И раздался звонкий топот ног.
– Куда ты его? – удивился оранжевый.
– От твоего племянника еще может быть польза, – туманно откликнулся блондин, возвращаясь за стол. Посмотрел на Ирку поверх сцепленных в замок пальцев и любезно поинтересовался: – Мне доложили, у вас на въезде в город случилось недоразумение?
– У меня… – Ирка сильно надавила на слово. – Никаких недоразумений не случалось.
Блондин с усмешкой покосился на оранжевого:
– Благородная дева намекает, что недоразумение случилось у нас, – подражая Ирке, он тоже сильно надавил на слово.
– Намекает… – проворчал оранжевый. – Булавой по башке так намекают. И не отвертишься. – Он развел руками.
– Мы попытаемся продемонстрировать, сколь сильно сожалеем о постигших посланницу Верховной Халы неудобствах. – Блондин изобразил едва заметный поклон.
Ирка едва заметно дернула уголком губ. Может, Пенек со своим змеененавистничеством и перебарщивает, но доля правды в его словах есть. Не маячь за ее спиной Динина крылатая тень, стал бы он извиняться перед какой-то человечкой!
– Но раз благородная дева уже здесь, быть может, она исполнит свое поручение?
– Вне сомнения, господин дракон! – Она вскочила, изображая такую немедленную готовность бежать со всех ног, что блондин даже слегка приподнялся. – Ведите!
– Куда? – в один голос спросили блондин и оранжевый.
– К Великому Водному, конечно! – вскинула брови Ирка. – У меня поручение к нему.
Оба дракона почему-то дружно глянули на потолок – словно рассчитывали сквозь него увидеть парящего над городом Айта. Поглядели друг на друга – Ирка была уверена, что оранжевый что-то спросил, одним лишь взглядом, а блондин в ответ едва заметно мотнул головой. Отказался. Ирка подобралась. Она еще не знала, что здесь происходит, но отчетливо понимала – вот оно, то самое, напрямую связанное с Айтом!
– Аа-а… Э-э… – со свойственной ему находчивостью в словах протянул оранжевый. – Вы нам скажите, мы ему передадим! – выпалил он.
Что Ирка, что блондин поглядели на него одинаково: дескать, ты дурак или прикидываешься? Оранжевый покраснел – при его апельсинового цвета волосах и веснушках это выглядело особенно выразительно.
– Такого мне Верховная Хала не приказывала, – веско сообщила Ирка. – Только лично в руки… Точнее, лично в уши Великому. Можно сказать, я ему обязана выдать прямо в ухо! – Она демонстративно огляделась, словно проверяя, не найдется ли где искомое ухо.