– Хватайте Айта и улетайте! – бросила она змеицам. Мраченка и Лаума уже метнулись к распростертому на земле дракону, подхватили его на руки и, не меняя облика, ринулись в проход. Дина пятилась, не спуская глаз с Медведя и прикрывая их отступление. Только Пенек с котом оставались рядом с Иркой.
– Хоть ты ей скажи! – в отчаянии воззвал к коту Пенек.
– Я ей год молчал, она всегда по-своему делала, а ты хочешь, чтоб сейчас на нее подействовали всего лишь слова? – прижимая от злости уши, огрызнулся кот.
– Они ее сожрут! – завопил Пенек. Медведь явно обиделся.
– Подавятся, – хладнокровно отрезала Ирка. – Ой! Плащ! Чуть не забыла! – Ирка звучно хлопнула себя по лбу, так что парящий над ней охранник судорожно дернулся в воздухе. – Без него вы не сможете привести Айта в норму. – И протянула руку за спину.
– Если отдашь, змеицы за тобой не вернутся! – Пенек снова вцепился в ее ладонь.
– Сейчас главное – Айт! – Ирка высвободила драконий плащ из креплений кольчуги.
– Опять твоя дурацкая вера – «сразу включится в дело спасения»? – заорал Пенек, стискивая ее пальцы до боли – она и не ожидала в нем такой силы! – Теперь уже твое?
– Да, – просто ответила Ирка. – Я все равно в него верю. – Особенно сейчас, когда он такой тихий и не говорит глупостей. – Айт меня не бросит.
Правда, он может не прийти в норму. Или Дина просто не скажет ему, куда делась Ирка, чтоб ее драгоценный Водный не тратил время на спасение всяких ведьм, когда змейское отечество в опасности. Или даже Айт сам решит, что не должен… Ну а если и так, то что? Не спасать? Да она сама до Мертвого леса сто раз сбежит. Ирка протянула Дине плащ…
– Если слова не помогают… – с мрачной решимостью сказал Пенек. – Ори! – и дернул кота за хвост.
Ладно, что такого не ожидал Медведь, – но такого не ожидала даже Ирка. Всего на миг она замешкалась и растерялась. Попробуй не растеряйся, когда твой вроде бы собственный ведьмин кот вдруг становится круглым, как меховой шар, а посреди торчат только нос, сверкающие глаза и… розовая пасть. И из этой пасти вырвался такой вопль! Словно все-все-все мартовские кошачьи концерты двух миров разом запихали свои голоса в одного кота!
Сгрудившихся вокруг аспидов разметало, как мошек веником. Сквозь стоящий в ушах звон вовсе не слышен был короткий вопль Иркиного охранника, сдернутого с его аспида. Ирка даже не увидела – почувствовала, как драконий плащ выхватывают у нее из рук. Лишившийся седока аспид заложил крутой вираж – а в его седле уже оказался Пенек. И драконий плащ вился за ним по ветру.
– Держите его! – глядя в свои пустые руки, выкрикнула Ирка.
– Мы обещали всех отпустить, – насмешливо оскалился Медведь. – Правда, он прихватил аспида… но у Повелителя их много.
Хлесткий удар поводьев швырнул аспида в чистое небо – прямо навстречу тяжело ковыляющей в воздухе Матери Птиц. Пенек снова рванул поводья, закладывая своего аспида в вираж – всадник на крылатом скакуне пронесся вплотную к выцеливающему его клюву. Новый вираж аспида – Пенек просвистел мимо потрепанного птичьего крыла и выдернул покрытое кровью перо. Вращаясь, оно упало прямо на подставленную ладонь Лаумы. Глаза змеицы расширились, становясь огромными и… страшными, как у монстров в фильмах ужасов.
– Сигги! Это кровь Сигги! Она убила его! – пронзительно крикнула Лаума, и тело Айта рухнуло наземь. Лаума побежала. Упругим, раскачивающимся шагом профессиональной прыгуньи. И с каждым скачком веселая дождевая синева стекала с ее волос, сменяясь пронзительно-алым цветом крови… и шлейф кровавых капель развевался за бегущей змеицей. Лаума высоко подпрыгнула и на миг зависла в воздухе – с ее распростертых рук стекали кровавые потоки, превращаясь в перепончатые драконьи крылья.
– Кровь за кровь! – взвыла ярко-алая, без единого синего пятнышка драконица, грудью врезаясь в Мать Птиц. Клубок из чешуи, перьев, когтей, клюва, клыков рухнул сквозь сгрудившихся аспидов… прямо на голову Старшему Медведю.
– Опять! – только и успел простонать Медведь.
– Кро-о-о-овь! – на ультразвуковой волне взвыло из глубины драки, и ближайшие аспиды лопнули.
– Снова гребень съехал у нашей кровавой маньячки! – пробормотала Дина, выпуская по аспидам пучок молний. – Сколько раз уже видела – всегда чешуя дыбом. А ты что стоишь? Хватай Айта – и ходу!
Черная борзая уже зашвырнула бесчувственного змея на спину и распахнула широкие крылья. Кот мохнатой тушей плюхнулся Айту на грудь.
– Кро-о-овь! – оставив на земле два израненных тела – лохматое и в перьях, – Лаума взмыла ввысь, роняя с крыльев тяжелые кровавые капли, и с ходу перекусила ударившего ее топором всадника пополам. Его зеленая кровь ей явно не понравилась, и она ринулась в самую гущу врагов, разрывая когтями крылья аспидов и вырывая всадников из седел. Аспиды кинулись на нее со всех сторон.