Голова гудела от знаний, которые Элиен старалась в нее запихнуть. Тело блаженно ныло от сегодняшних нагрузок. Лорен растянулась на кровати, закрыв глаза. Она так устала, что быстро провалилась в сон, из которого ее внезапно выдернула вспышка-мысль, полоснувшая сознание зазубренным лезвием паники — какое сейчас время?
Воспоминания о дурном сне смешались с событиями сегодняшнего дня. В голове разом все всполошилось, спуталось. Где она? Кто она? Все еще одна из «Тигрят», юных подопечных Риордана Агийского, — или уже заменила его на посту главы гильдии «Рорташевских Тигров»? Гарунский собор еще стоит — или уже разрушен после нападения орков? «Тигрята» уже поцапались с «Филинами» — или еще нет? Ривер жив или…
Сон как рукой сняло. Лорен бесшумно вскочила с постели, щелкнула пальцами, зажигая огонь в ладони, и подошла к зеркалу.
Молодая упругая кожа, гладкие рыжие волосы до плеч, угловатая фигура подростка, перепуганное бледное лицо. Лорен ущипнула себя за ногу — ничего не изменилось, но это ни о чем не говорило. Ей может быть четырнадцать, может быть шестнадцать, может быть, это сон, навеянный хмарью?
Лорен сглотнула вязкий ком. Окунуться в блаженное забытье и беспричинное счастье хотелось до одури, лишь бы не стоять посреди комнаты с зябнущими ногами, холодеющим сердцем, умирая от неизвестности.
Надо проверить бабушку и сестру. Но не пугать их — на случай, если это реальность. И без того весь день себя странно вела.
Лорен как можно тише зашагала в гостиную, где на старой кровати в углу возле очага, похрапывая, спала бабуля. Проверила Элиен, спящую в своем закутке, обвешанном нарядными тряпками. От сердца отлегло, но это все по-прежнему ни о чем не говорило — Лорен по-прежнему не могла понять, где она, жив ли еще Ривер, что… что если… Может, разбудить Элиен, спросить ее?
Но вдруг она соврет? Элиен о многом врала. Крошка-Эли, выросшая в отборную шлюху.
Лорен зажмурилась, открыла глаза, не решаясь поднести огонек ближе к ее лицу, чтобы рассмотреть. В полутьме было непонятно, все было непонятно, и Лорен задыхалась, потому что вспомнила, что уже просыпалась так не раз — вскакивала посреди ночи и кидалась к сестре, а Элиен врала, врала, что сон, и укладывала спать, но утром оказывалось, что Ривера больше нет, и Лорен смирилась и постаралась выбросить бесполезные воспоминания из головы, но…
Но вчерашний день казался таким реальным! Ривер казался таким реальным!
Лорен сжала огонек в кулаке и поспешила на улицу.
Ривер вырос в небольшом сиротском доме, расположенном близ причала, где его нашли младенцем. С детства он выходил с рыбаками в море, знал тысячи способов приготовить еду из морских припасов, плавал как рыба и умел задерживать дыхание так долго, что Лорен каждый раз пугалась, что теперь он уж точно утонул. Он рос высоким и крепким, оттого уже сейчас взваливал на свои плечи тяжелую работу и не жаловался. Год назад он получил в свое распоряжение старый, наполовину разваленный домишко на отшибе. Дружной ватагой «Тигрята», хоть и неумело, но зато с большим воодушевлением помогли ему починить провалившийся пол и крышу, укрепить стены. Дом был маленький, в сезон дождей вода добиралась до самого порога, а то и переваливала за дверь, но Ривер ужасно им гордился, то и дело придумывал всякие штуки, чтобы вода не лезла, и собирался достроить еще одну комнату, как только заработает достаточно денег.
Сейчас окна его домика не горели. Да и неудивительно — мало чьи окна горели в три ночи, но эта мысль не могла успокоить Лорен.
Она отворила невысокую калитку, подошла к двери и постучала. Секунда, две, пять… Никто не отзывался. Сердце колотилось под горлом, дыхание вырывалось с хрипом готовых разразиться рыданий.
Она знала. Она знала, это все просто…
Дверь чуть приоткрылась, через мгновение распахнулась.
— Лорен? — изумился Ривер.
Глава 3
— Это… я… ничего… кошмар п-приснился, — заикаясь от пережитого шока, выдавила Лорен. — С-снова.
Ривер с секунду пристально смотрел на нее, схватил за каменное от напряжения плечо и завел в дом. Зажег свет и огонь в очаге, накинул на нее еще теплое одеяло, поставил воду греться, пошарил по шкафчикам на крохотной кухоньке в поисках сушеных трав… Лорен, усевшись за небольшой стол, следила за ним, не отрывая глаз. Одетый в одни легкие подштанники, поджарый, растрепанный, он хмурился и двигался неспешно и как-то отточено — ни единого лишнего движения и суеты. Лорен словно бы заразилась этим его спокойствием: мало-помалу дрожь прекратилась, паника разжала ледяную хватку, и Лорен даже внутренне немного посмеялась над своей паранойей.