– Я же говорила, – Тоска скептически покачала головой.
Но Буханкин на скепсис не прореагировал.
– Может быть, за нами сейчас следят, – конспиративным голосом сказал он.
– За нами следит КГБ? – Питер был растерян.
– Да не слушай ты его, – вступила Тоска. – Это наш городской... фантазер.
– Снайперы, – добавил Буханкин. – За нами следят снайперы.
Питер даже слегка присел.
– В ГРУ есть такие снайперы, которые могут отстрелить сигарету с четырех километров, – сообщил Буханкин. – У них есть пули с сердечниками из обедненного урана, такие пули пробивают танковую броню...
Я оттащил Буханкина чуть в сторону.
– Не пугай американца, дубина! – прошипел я ему. – Ты все нам испортишь! И вали вообще, у нас тут дело, мы потом поговорим...
– Сам решил буржуя растрясти? – усмехнулся Буханкин. – Молодец...
Я подтолкнул Буханкина в спину. Он кивнул Питеру и, громко топая, направился прочь.
– Это наш городской дурачок, – сказала Тоска, когда уфолог скрылся из виду. – Его не стоит принимать всерьез, нет никаких снайперов. Мы сейчас отправимся к этой Ларисе Ивановне и найдем там нашу крысу...
– Пока еще не пойдем, – возразил я.
– Почему? Нам что, еще кто-то нужен?
– Нужен Жмуркин, – сказал я.
– Зачем нам Жмуркин?
– Без него не обойтись. Поверь мне, Тоска, нужен Жмур.
– Ну я не знаю... Почему мы никогда не можем обойтись без Буханкина или Жмуркина...
– А знаете, сейчас у нас индейцев больше индейцами не называют, – вдруг сказал Питер.
– Почему? – живо поинтересовалась Тоска.
– Это их вроде как почему-то обижает.
– Что ж тут обидного?
– Не знаю. Но теперь у нас индейцев называют «нэйтив Америка».
– Тупо, – сказал я. – Тупая политкорректность.
– Ну почему именно Жмуркин? – опять спросила Тоска. – Нам что, одного Буханкина мало?
– Жмуркин нам просто необходим, – сказал я.
– Почему это нам так необходим Жмуркин?
Я принялся терпеливо объяснять:
– Жмуркин недавно в нашем городе, он не успел еще примелькаться. Вот тебя или меня могут узнать, а Жмуркина не узнают. К тому же, насколько я заметил, у Жмуркина есть актерский талант, а актерский талант нам пригодится, без таланта...
– Зачем нам нужен такой немереный актерский талант? – осведомилась Тоска.
– Затем, чтобы сыграть глухонемого, – ответил я.
Повисла пауза.
– Почему глухонемого? – спросила Тоска через некоторое время.
– Это же все очень просто. Ты подумай...
Тоска начала предупреждающе злобно краснеть, и я объяснил поскорее:
– Мы идем в берлогу настоящих, махровых фанатов Элвиса. Типа, сопровождаем американского элвисомана, желающего познакомиться со своими русскими товарищами. Никто из нас ничего про Элвиса толком не знает. И Жмуркин тоже не знает. Так что лучше он пусть молчит. Пусть будет глухонемым американцем...
– Я могу сыграть глухонемого, – вставил Питер. – Я по-английски умею...
– Точно! – воскликнула Тоска. – Глухонемого фаната Элвиса может Питер сыграть! Так даже достовернее будет – глухонемой со знанием английского...
Какое, однако, взаимопонимание...
– Питер не пойдет, – остановил я.
– Почему это?! – возмутилась Тоска. – Значит, Жмуркин может изображать глухонемого американца, а настоящий американец глухонемого американца изобразить не может?!
– Хорошо-хорошо, – успокаивающе сказал я. – Питер может сыграть глухонемого элвисомана. Пусть. Как это будет выглядеть?
– Как-как – так.
– А поподробнее? Расскажи.
– Хорошо, расскажу. Мы приходим к этим типам, начинаем им гнать про то, что Питер... ну, тут понятно, есть без Элвиса не может. Мы отвлекаем их внимание, они выходят из помещения...
– А если они не выходят? – спросил я.
– Как?
– Ну так. Или если выходит только один, а трое остаются. Или четверо остаются? Что ты будешь делать?
– Я... – Тоска замолчала.
– Ну?
– Я...
– Вот именно поэтому нам и нужен Жмуркин. У Жмуркина есть Снежок. Это кавказская овчарка, – пояснил я Питеру. – Чрезвычайно умный пес.
Питер поежился. Видимо, кавказских овчарок он не очень жаловал. Интересно, у них там в Оклахоме есть кавказские овчарки?
– Снежок почует Элвиса за километр, – рассказывал я. – И если он спрятан в обиталище этих элвисистов, Снежок нам покажет. Все просто. Так что вызываем Жмуркина. Хотя... Хотя лучше отправимся к нему сами. Или опять есть возражения?
– Нет, – сказала Тоска.
– Нет, – сказал Питер.