– Универсального реаниматора, – снова вставил я.
– Нет, реаниматор – это для только что умерших, – поправил меня Буханкин. – А для тех, кто уже давно помер, требуется нейтронный репликатор. Его реплицировали, и теперь он живет на Марсе.
– А почему же он не вернется за своей крысой?
– Он потерял память, – спокойно ответил Буханкин. – При репликации это случается.
Так, будто это не затерянный на Марсе нейтронно реплицированный Элвис – не крыса потеряла память, а его родной буханкинский дедушка в Сольвычегодске впал в легкий старческий маразм.
Я не знал даже, что сказать.
– Послушай, Буханкин, ну, если все это так, почему же эти... темные враги Элвиса не похитят одну из этих крыс и не вытащат из этих крыс чертежи оружия?
– Это нельзя сделать – ключ от генетического шифра находится в мозгу самого Элвиса.
– А он потерял память на Марсе...
– Совершенно верно! – Буханкин продолжал волноваться. – Он потерял память! Но есть возможность сделать так...
Буханкин принялся объяснять мне, как следует точно просканировать мозг загодя реплицированного Элвиса, чтобы не разрушились синапсические связи.
Все это было как-то зверски. Не знаю. Буханкин болтал минут пять, не больше, а я уже чувствовал, как мой несчастный мозг начинает кипеть. В голове вертелись темные пришельцы с неприятными щупальцами, Элвис-не крыса с гитарой, Элвис-крыса в рекомбинаторе, сверхоружие... Буханкин превзошел самого себя. Такого отборного бреда даже от него я уже давно не слышал. И надо было что-то делать. Если бы я послушал это еще немного, я точно начал бы во все это верить.
Что Элвис живет на Марсе. Не крыса.
– Оригинальная теория... – промямлил. – Весьма оригинальная...
– Не успеешь оглянуться, как эта теория станет практикой! – заявил Буханкин. – Не пройдет и двух лет, как воины света сойдутся в битве...
Вдруг Буханкин замолчал и уставился на разложенные на моем столе распечатки из Интернета. Ну, про визиты американских школьников в глухие российские городишки.
– Ха, а эту жабу я знаю, – Буханкин ткнул пальцем в одну из фотографий.
– Что?!! – Я вылетел из дивана, примерно так чертик выскакивает из шутовской коробки.
– Что-что, говорю, что знаю эту дуру, – повторил Буханкин.
– Какую?!
– Да вот эту, слева, с краю.
Буханкин указывал на фотку. Посещение делегацией американских школьников какой-то там специализированной школы города Волгогорска. На фотке я узнал Мэри, Питера, еще пару ребят, остальные были мне незнакомы. На левом фланге фотографии стояла невысокая крепкая девчонка с угрюмым и очень решительным выражением лица и растрепанной прической.
– Это же Короста! – сказал Буханкин. – Джульетта Коростылева.
– Как?
– Джульетта. Мы ее называли Жу-жу...
Буханкин мерзко прохихикал.
– Жу-жу... Ты что, с ней знаком?
– Ага. Она вообще дура. Раньше она с нами была, в «Русском Розуэлле».
– Тоже тарелочница? – испугался я.
– Что значит тарелочница?! – надулся Буханкин. – Не тарелочница, а уфолог. Тарелочницы, знаешь ли, все в Гусь-Хрустальном. Уфолог, контактер... Так мы думали сначала. А потом оказалось, что она просто диверсант! Просто гадина! Слушай, Куропяткин, как понимать весь этот ироничный настрой? Тарелочница... Что значит тарелочница? Я понимаю, ты, в силу своей ограниченности, скептически относишься к научной и общественной деятельности моей организации, однако ты должен иметь уважение...
– Ладно, ладно, Буханкин, не три рогами, – примиряюще сказал я. – Я уважаю. И даже горжусь, что моим другом является сам Гелий Буханкин. Рассказывай.
– Рассказывай! – фыркнул Буханкин. – Рассказывай... Пускай тебе твоя бабушка на ночь сказки рассказывает... Короче, как оказалось, она проникла в «Русский Розуэлл» с подрывными целями...
И Буханкин поведал.
Около двух лет назад добровольческая ассоциация «Русский Розуэлл» совместно с другими уфологическими ассоциациями России, Германии и США участвовала в международном проекте «Меньшие братья по разуму». Одним из ведущих американских уфологов была выдвинута идея, что, возможно, какая-то часть разума во Вселенной не принадлежит к гуманоидному типу. А значит, им удобнее и легче установить контакт именно с негуманоидами. В нашей области очень много зон ксеноактивности, и на «Русский Розуэлл» была возложена важная миссия – провести несколько серий контактов с ВЗР в заданную точку времени...
– С чем? – перебил недогадливый я.
– С внеземным разумом, – пояснил Буханкин.
Так вот, на «РР» была возложена миссия установить контакт с ВЗР. Для этого надо было подготовить контактеров первого уровня – рептилий, птиц, млекопитающих и насекомых. Был подготовлен кластер, состоящий из черепахи, двух ужей, вороны, собаки и нескольких сверчков, с кластером была проведена работа, после чего животные в особых контейнерах были помещены в зоны контакта. Офицеры «Русского Розуэлла» разместились на безопасном расстоянии от зон, поскольку всем известно, что торсионное излучение, исходящее от инопланетных кораблей, может пагубно воздействовать на системы организма.