БА-БАХ. Дверь? Или багажник?
– Глупое животное, давай полезай обратно, – это был голос Вессон.
Ей потребовалась минута, чтобы закрыть багажник.
БА-БАХ.
Я услышала за своей спиной, как София шлёпает по воде, но не осмелилась поднять голову. Интересно, сообразила ли Вессон, что между открытым багажником и уколом в локоть есть связь?
Мы заползли в широкую дренажную трубу под дорогой и молча выразили свой восторг, хлопнув друг друга по спине и подбросив в воздух опавшие листья, и только потом поняли, что мы так и не услышали, как отъехала машина.
В какой стороне север?
Мы просидели в трубе несколько часов. Ну не часов… Вероятно, около двадцати минут, ожидая, что Вессон найдёт нас. Я понимала, что при её появлении нам не останется ничего другого, как только бежать в противоположном направлении.
Я думала, что у Вессон, вероятно, есть оружие, хотя в машине мы ничего не видели.
Она могла застрелить нас и оставить здесь, в дренажной трубе.
Я была готова увидеть её в любую секунду.
В конце туннеля опустился дрозд, внимательно рассмотрев нас, он улетел.
Через несколько минут он появился снова, запрыгнул в туннель, клюнул микроскопического жучка и упрыгал обратно.
Может быть, машина Вессон действительно тихо ездит… Может быть, мы не слышали, как она отъехала…
Прошло много времени, прежде чем я поняла, что мой пульс нормализовался, что с меня перестал капать пот, что я снова дышу и что мне больше не кажется, что меня скоро убьют.
Убьют? Я вспомнила, как Пинхед, прислонившийся спиной к кухонному столу, не стал пить папино шампанское из крыжовника. Возможно, он не способен на убийство? Способен ли он?
София копошилась за моей спиной.
Я обернулась. Она изучала содержимое рюкзака Неда.
– Проверяю, нет ли у Неда карты или чего-нибудь вроде неё, – пояснила она.
– Есть?
Она покачала головой.
– Это могло бы помочь нам, – сказала она, вручая мне инструкцию спецназа по выживанию.
Я пожала плечами.
– Он случайно не оставил часы с компасом?
– Они были у него на запястье, я видела. Но он оставил нам улиток. – Она подняла в руке пластмассовую коробку. Внутри довольно чётко просматривались очертания обеих улиток.
– Потрясающе. Теперь нам нужно кормить четыре рта, если только мы не отпустим их.
– Мы не можем их отпустить, – сказала София, щёлкая крышкой и открывая коробку. – Это питомцы Неда.
– Это также источник пищи, – сказала я, листая инструкцию спецназа и остановив взгляд на заголовке «Добудь еду там, где можешь найти её». Мы могли бы съесть их.
– Ты ведь так не думаешь? – сказала София. – Правда?
Я вгляделась в улиток Неда: у них были серые усики, которые, казалось, смотрели назад. То, что это были улитки Неда, вызывало у меня желание съесть их, но они выглядели очень любопытными и невинными, и в любом случае единственный раз я ела улиток вместе с папой, и это было почти то же самое, что жевать резинку.
– Может быть, и нет. Смотри, в этой книге есть глава о том, как определить направление, ориентируясь по солнцу и мху на деревьях. Здесь написано: «Мох растёт на деревьях с северной стороны». Сидя в туннеле, я огляделась вокруг. Тут всё было покрыто мхом, значит, здесь повсюду был север.
– В «Длинном дне смерти» был человек, который собрал компас из магнита и железных стружек.
– У тебя они есть? – сказал София.
– У меня… хм… нет, – ответила я.
Она тяжело вздохнула.
– Я так и думала. Как бы то ни было, мы не можем остаться здесь навечно, Лотти.
Я попробовала вспомнить сюжет, в котором был бы ещё какой-нибудь намёк на то, как определить направление. И не смогла. Не смогла вспомнить ни одного. Я удивилась, как же Айрин прошла через всю Шотландию.
– Хорошо, мы просто будем читать дорожные знаки.
Несколько часов спустя, когда у нас уже давно закончились все припасы, София сказала:
– Мне хотелось проводить так время вместе с мамой.
– Потеряться в юго-западной части Англии?
– Нет – пережить приключение, среди дикой природы, без мобильного телефона, без машины, только мы и стихия. – Мы с трудом перелезли через ворота. – Однажды летом мы проехали через всю Сибирь.
– Правда? – спросила я.
Я думала, что в Сибири очень холодно, но не хотела показывать своего невежества, поэтому ничего не сказала.
– И мы провели несколько недель в малонаселённых районах Австралии. Мама убила змею, и потом мы съели её.