...
— ...Пocмoтpи, кaкoв был кoнeц злочестивых! И cдeлaли Mы иx вождями, зовущими к Огню, и в Дeнь Вocкpeceния нe бyдeт им пoмoщи...
Последнее я произнес на арабском. Шейха это явно потрясло, он даже боялся теперь на меня посмотреть. Это были строки из суры аль-Кассас, Повествование...
— Со всем уважением, шейх, я могу повторить только одно — если хотите дружить с Советским союзом, то будьте другом и нам. Мы не забываем друзей
Я посмотрел на часы
— Время обеда, а для вас, насколько мне известно, время совершить намаз...
После обеда — продолжили
— ... Со всем уважением, шейх. Мы можем сейчас снизить добычу, законсервировать некоторые из скважин — и даже добиться того что мы хотим. На какое-то время. Но мыслить нужно масштабнее.
— О чем вы, уважаемый Михаил?
— Я о том пути, который прошла наша страна много лет назад. Об индустриализации. О производстве.
...
— Нефти много, но нефть — конечна. Надо думать о том, что будет дальше. Например, о металле. О производстве металлов
— О, но у нас нет руды. Мы маленькая страна.
— Вы — маленькая, Восток — большой. Посмотрите, какой путь прошла Япония.
Шейх покивал
— Вы совершенно правы уважаемый Михаил. Весь Восток смотрит на Японию с большой завистью...
— Надо не завидовать, а делать тоже. Через поколение у вас будет в полтора раза больше людей, чем сейчас. Чем они будут заниматься?
...
— Если не дать им работу сейчас, через поколение будет мятеж.
Я сознательно употребил термин «мятеж» вместо «революция». Конечно, варианты с революцией на Ближнем Востоке есть. Но уж очень опасно. Мы не готовы, не готовы больше даже теоретически. Афганистан — это наш полный теоретический провал и разгром, понимания того почему афганские крестьяне ведут себя так а не иначе, почему им собственный феодал-угнетатель ближе чем коммунисты, которые дали им землю — нет. Говорим, выступаем, раздаем керосин на митингах, чтобы пришли — но всё слова, слова, слова.
Но на Востоке есть и будут люди, которые могут вывернуть марксизм в совсем другую сторону, опасную для нас. Есть такой Иззат Ибрагим ад-Дури, он и понятия не имеет, кем он будет в будущем. А будет он одним из основателей и идейно-теоретическим создателем Исламского государства. Человек этот закрытый, много не говорит — но тот кто плотно знакомился с документами ИГ, с тем что было захвачено в Ракке — отмечал в них идеи троцкизма и развитого социализма. Что удивительно ад-Дури в жизни нигде не учился, у него нет ни военного ни какого иного образования. Но может именно поэтому он не погряз в болтовне и бессмысленных лозунгах, а сумел перевести то что понял из социализма на язык арабской улицы. Полыхнуло так, что всем миром останавливали — и до конца не остановили. Ну, а появится такой здесь — и что делать будем? С нашими-то горе-теоретиками, которые только и умеют, что научно обосновывать мысли начальства.
Не надо гнать лошадей в направлении революции на Востоке, не надо...
— Я говорю, уважаемый шейх, что всем странам арабского востока надо целенаправленно заниматься развитием промышленности, производством товаров народного потребления. Занимать людей, чтобы у вас была собственная промышленность, обученные рабочие. Советский союз прошел индустриализацию в тридцатые, сейчас мы вступаем на путь ускорения — но можем помочь и вам. Продать оборудование, хоть целые заводы, прислать мастеров, специалистов, принять на обучение ваших людей...
Я примерно знал, что думает сейчас шейх — ага, отучатся в СССР и будут разносить революционные идеи.
— Мы в свою очередь можем предложить вам места в промышленных зонах, какие мы сейчас организуем, по примеру Китая, возможности вкладывать капиталы для ваших банков. Уважаемый шейх, повторю: если вы хотите иметь друзей — будьте другом. А для нас слово «друг» имеет очень большое значение, за друга и жизнью можно рискнуть, понимаете, эфенди?
Спустя какое-то время. 1985 год.
Кувейт-сити, Кувейт
Кувейт-Сити расположен на самом берегу Персидского залива. Еще в начале века здесь была большая рыбацкая деревня, рощи финиковых пальм и ничего более, теперь — современный город. Верные своему принципу «разделяй и властвуй» англичане провели границу в песках, создав одно из самых богатых государств на планете. Все решила нефть — в этих песках ее более чем достаточно.
Государством этим правит Эмир, все эмиры происходят из дома Ас-Сабахов, племенной конфедерации Бани Утба. Другая семья из этой же конфедерации правит Бахрейном, еще в нескольких странах англичане попытались поставить правителей этого дома, но потерпели неудачу.
Кувейт почти никому не известен, в отличие от ОАЭ, Саудовской Аравии и Ирана, он ведет осторожную и многостороннюю политику, ибо в силу своих размеров и богатства в любой момент может стать жертвой. Саддам Хусейн не признает Кувейт как таковой, считая его провинцией Ирака. Соседний Иран — уже угрохал захватить Кувейт, скорее не ради самого Кувейта, а потому что его земли лежат между ним и северными территориями Саудовской Аравии, богатыми нефтью, где проживают родственные им по религии шииты. Если Ирану удастся захватить Кувейт и север Саудовской Аравии — то он в одиночку станет контролировать более трети мировых запасов нефти.
Потому, например ас-Сабахи в отличие от правящих семей Саудовской Аравии и ОАЭ пытались налаживать отношения не только с Западом, но и с его антагонистами, так сказать. Например, у шейха Джабера были хорошие отношения с Иосифом Броз Тито, когда тот был еще жив.
Но он никогда не думал обращаться к Советскому союзу. Хотя бы, потому что понимал, какое негодование это вызовет в Лондоне и Вашингтоне.
Осень, с Залива дует резкий, порывистый, пахнущий солью ветер. По Приморскому шоссе проносятся машины, во дворце открыты окна и слышен их гул. Эмир недоволен, он ходит по кабинету, резко жестикулирует...
— Как только ты мог поехать в Москву. Сделать это было форменным безумием
— Форменным безумием было бы не делать этого!
Шейх Али Халифа ас-Сабах все-таки родственник и потому говорит достаточно резко
— Что сможет сделать Великобритания, если этот негодяй решится напасть? Пошлет сюда авианосцы?
— Возможно
— Не факт. Наши города будут лежать в руинах, наши люди будут убиты. А русские? Им достаточно будет сказать несколько слов Саддаму — и он отступит
— А Иран? Персы ненавидят СССР.
— Эфенди, в армии СССР состоит более четырех миллионов человек. Это в полтора раза больше чем население нашей страны. Если русские решат покончить с безумцами Хомейни — им хватит на это нескольких суток
— Да как в Афганистане.
— Афганистан полностью оккупирован.
Эмир садится в кресло, потом встает
— Мне это не нравится. Они коммунисты
— Такие же неверные, как и англичане, верно?
Шейх смотрит на своего министра
— Откуда у тебя такая неприязнь к англичанам
— От того что я учился у них.
...
— Секретарь Горбачев сказал — никогда русские не смотрели на арабов как на людей второго сорта. Разве он не прав? А англичане?
...
— Я вспоминаю, как я учился. Как они подшучивали надо мной, нелепым арабом в очках. Как презирали
— Я и не знал что у тебя такие воспоминания про Англию.
— Я это забыл. А теперь вспомнил. И не в Москве. А на переговорах с англичанами и американцами. Они уверены, что держат нас за глотку
...
— Пора нам самим брать свои дела в свои руки, Абу Саад.
— Замолчи.
Между спорящими стоит стол, на нем лежит Коран — явно старый, в синем ящике — чехле. Для сохранности. Это один из подарков Михаила Горбачева.
Эмир смотрит на Коран, будто ему кажется, что тот сейчас заговорит. Потом поднимает глаза на Али Халифа ас-Сабаха, своего родственника и подданного
— Ты уверен, что это подлинник?
— Да, Ваше Величество — уверенно говорит ас-Сабах — я справлялся у сведущих людей. Все это правда. Русская императрица Екатерина повелела основать в Казани типографию для напечатания Коранов и дала свои деньги на это. Было напечатано более ста пятидесяти тысяч экземпляров этой священной книги. Об этом не говорят, но на протяжении столетия типографский Коран можно было купить только у русских. И скорее всего, тот текст, который был тогда утвержден для печатания в Казани — и есть тот текст, который сейчас можно найти в Священной книге по всему миру. Рукописных Коранов было совсем немного, переписчикам было не сравниться с типографией...