Выбрать главу

Война 08/08/08 реально сломала Грузию и отпугнула инвесторов — в страны, которые устраивают войны инвестировать желающих мало. Потом это уже была агония, и кстати США тоже именно тогда разочаровались в своём ставленнике.

А ведь это была, наверное, не менее дерзкая потенциальная история успеха, чем Эстония. Если не более.

Мы, коммунисты, должны готовить смену. Саакашвили такой, какой он есть, потому что он вырос в дурной, пропитанной преклонением перед Западом и вещизмом компании. И ещё добавил в холуйском Киеве. Но он — как мэр Тбилиси, как министр юстиции, как президент Грузии — очень многое сделал для борьбы с мафией, коррупцией, и криминализацией общества, он на деле показал, что не готов мириться с тем феодальным, гнилым обществом, которое есть. Борис Карлович — возможно, сможет его перевоспитать, потому что он честный, не поражённый вещизмом коммунист. Показать, что есть и другие коммунисты, не те которые с золотыми часами на руке. А Саакашвили идеалист, он и президентом то был идеалистом.

Так что я не исключаю, что году этак к 2010-му первым секретарём ЦК Компартии Грузии будет именно Михаил Саакашвили. Или — Генеральным прокурором СССР. Как пойдёт.

Но может так получиться, что Борису Карловичу не удастся его перевоспитать, и он и так пойдёт по кривой дорожке, на которую его поставил Гела Чарквиани. И это возможно. Что ж, значит — не удалось, вот и всё. Значит, получит то, что положено — по закону. Но не попытаться забрать его на свою сторону — преступление.

А теперь скажите мне ещё вот что. Почему этих антисоветчиков задерживало не УКГБ по Москве и Московской области. И не Девятое управление, которому подчинена и комендатура Кремля. А пятое, идеологическое управление?

Значит, в группе кто-то стукач. И он сообщил. Довольно давно, если Москва успела подготовить арест. Но их арестовали только здесь, на Красной площади, чтобы создать скандал. На глазах у людей. Опять игры играем?

Двадцать тысяч человек в пятое управление наверстали — это только штатные единицы, на полный рабочий день. И всё равно, диссиденты в итоге победили…

Вечер 01 февраля 1986 года

СССР, Москва

…Общий тон советской философии, как бы «профессорско-преподавательский состав» ни одевал очки и галстуки, — это тон боевитой комсомольской шпаны, так удачно переданный и развитый в эмиграции Александром Зиновьевым. С водочкой, матерком, мелким воровством. Наверное, это идёт с эпохи еврейских «берлинеров», которые, вкусив плоды поверхностного европеизма гаскалы, ужасали родные местечки европейским платьем и пренебрежительным отношением к талмудическим заповедям, а после победы в гражданской войне заполнили институты и университеты.

Дмитрий Галковский

Да что вы в жизни знаете, сопляки? Пришли бы к человеку, «поставили», он бы вам всю жизнь рассказал. Как из родной деревни ушёл, как женился, как мать-старушку схоронил. И не анкетные данные, а по жизни, по-человечески. Тут такая философия, что твой «Марий Викторий». Бумагу марать ума не надо, а ты заложи парторга в 43-м в Челябинске, да по умному, чтобы самому кресло занять, а не повиснуть на ниточке вслед за хозяином. Тут ФИЛОСОФИЯ.

Дмитрий Галковский

Вторая половина этого дня у меня была потрачена на встречу с учёными из нескольких институтов, в частности из института философии и института марксизма-ленинизма, которые обеспечивали научную подготовку докладов мне, другим членам Политбюро и вообще — научное сопровождение съезда с точки зрения идеологии. Встреча оставила крайне тяжёлое впечатление — мне показалось, что мы живём в разных странах. Или в разных временных отрезках.

Хотя вроде в одной. И в одном.

Мне интересно, а они то сами — верят в то, что несут?

Был такой философ — Эвальд Ильенков. Он жил запойным пьяницей, покончил с собой страшно — ткнул себя в сонную артерию ножом для книг. Он кстати был одним из тех, кто писал тот доклад Хрущу, что нынешнее поколение будет жить при коммунизме, про 1980 год — тоже он. С собой он покончил в марте семьдесят девятого, видимо убедившись, что коммунизма ждать не приходится. Остальные философы — а он понятно, готовил доклад не один — остались жить и жили, как жили и после первого января восемьдесят первого.