— Кто привёз?
— Габерия…
— А ты какого хрена их принял? Пусть и вёз бы к себе в город…
Начальственного тона мужик посмотрел на них
— Кто такие? — спросил он по-русски
— Журналисты.
— Не местные?
— Человек и закон.
Начальственного тона мужик развернулся и влепил пощёчину тому кто оправдывался. Мазур вздрогнул… если бы это было скажем в Чили или в ЮАР. Но это был Советский союз. Советская страна. Родина.
Последовал краткий, но экспрессивный диалог на грузинском. Резанула слух промелькнувшая фамилия — Сталин. Потом мужик развернулся, показал на журналистов
— Этих — ко мне в кабинет. По одному
— А эту?
— Девайте куда хотите…
— Фамилия
— Мазур
— Имя…
— Ян. Ян Кириллович
— Родился?
— гэ Ленинград
Начальственный мужик заполнял протокол допроса не на машинке — от руки. Писал усердно, по-ученически. То ли не привык, то ли рука была более привычна к грузинскому письму.
— Судим?
— Нет.
— Член партии?
— Кандидат.
Начальственный мужик взглянул на него по-новому. В таком возрасте, даже кандидат в члены партии, если ты не рабочий — а служащий, «человек интеллигентного труда» — это что-то. Некоторые специально два года отрабатывали рабочим на заводе чтобы стать кандидатом. Значит, есть «мохнатая лапа». Он не знал, что прошло распоряжение, и процентные квоты для рабочих отменены, а публично вопрос о расширении приёма в партию интеллигенции будет поставлен на Съезде.
— В Грузию когда приехал?
— Вчера. То есть — позавчера уже.
— Зачем?
— С редакционным заданием
— Где оно?
— На квартире осталось.
Начальственный мужик что-то прикинул про себя, отложил лист протокола
— Зачем приехал? — по-простецки спросил он, но Мазур чувствовал опасность. Он уже достаточно видел — когда они шли сюда, он краем глаза видел в одном из кабинетов, в приоткрытую дверь, как на решётке висит, прикованный наручниками человек с вывернутыми за спину руками. Репортаж сделать не дадут, да и пойди найди этого человека — но этого было достаточно для того чтобы таким отделением заинтересовалась прокуратура, и не местная, а союзная, и всем кто тут работал — хорошо если в колонии надзирателем дадут доработать. Он уже понял систему — внизу все заодно, но как только про беспредел становится известно в Центре, включается другой закон — каждый сам за себя
— Дали задание — я приехал.
— Кто дал?
— Редактор.
Мужик достал сигареты
— Куришь?
— Нет.
— У тебя пачку нашли.
— Это не для себя
— Смотри-ка… какие журналисты пошли.
Мужик убрал пачку
— К вору в законе ты как попал?
— К какому вору в законе?
— Не крути! На чьей хате тебя взяли? Анзор Тбилисский!
— Какой вор в законе?
— Ты не знал, что он вор в законе?
— Нет.
Мужик снова достал пачку. По-блатному прилепил сигарету к нижней губе, закурил
— Не верится что-то. Лучше по-хорошему скажи. Тебя из Москвы договариваться послали?
— С кем?
— С Анзором!
— Да я то кто! Я журналист!
— Ну, ваш Человек и закон. Поговаривают, где вы там день разбоя с мордобоем.
…
— Раньше если надо было руководство где-то поменять — посылали проверяющих. А теперь вот посылают журналистов. Так?
— Я просто журналист — упрямо сказал Мазур
— Да нет, милый — сказал мужик — не просто. Как ты попал к Анзору?
— Пригласили.
— Вот так — просто пригласили?
— Да.
Мужик покачал головой
— То ли ты дурак, то ли ты умный слишком. Ну, допустим. И о чём вы говорили с Анзором?
— Да мы не успели толком поговорить — вы ворвались!
— То есть, прибыли сотрудники милиции.
…
— Хорошо. Допустим. Анзор похитил человека. Ты с ним говорил об этом?
— Нет.
— А знаешь, что он похитил человека?
— Нет
…
— Да я увидел, как кого-то из подвала ведут! И всё!
— То есть ты с ним не говорил?
— Нет!
Начальственный мужик смотрел на него, явно размышляя, что делать. Потом покачал головой
— Нет. Не верю.
— Да что здесь вообще происходит?! — психанул Мазур — вы что!? Мы что-то нарушили!? Позвоните в Москву, в редакцию!
— Позвоним, обязательно позвоним — мирно сказал мужик и, перейдя на крик, заорал — встать! Встать я сказал!
…
— Из карманов всё на стол! Живо!
Мазур принялся выкладывать всё из карманов. Ключи, портмоне, журналистское удостоверение, пачка сигарет, зажигалка, жвачка и…
Какой-то пакетик.
— Это что? — зло сказал мужик
Мазур не понимал, как это оказалось в его кармане. Вот тут он понял — когда его ударили по почкам — это для того чтобы он отвлёкся на боль, а в это время и подсунули