Численность SAC достигала пяти тысяч человек. Кадровый костяк составили голлистские силовики, прошедшие школу Сопротивления и на этом основании считавшие себя выше формального закона. Идеология SAC основывалась на личной верности де Голлю, культе армии и традиции Сопротивления, консервативно-республиканской версии наследия ВФР, французском патриотизме и яростном антикоммунизме. Главными руководителями были Пьер Дебизе (в должности председателя), Поль Комити, Серж Планте, Андре Лавирон, Анри Горс-Франклин, Шарль Паскуа. Политическим стратегом-организатором являлся Жак Фоккар. В целом во главе силовой системы голлизма стояли Фоккар, Дебизе, Комити.
Боевики SAC блокировали противников де Голля на уличных акциях и в электоральных кампаниях. Организовывали в поддержку де Голля митинги, демонстрации, расклейки листовок. Между боевиками SAC и службой порядка ФКП происходили ожесточённые столкновения. С обеих сторон были случаи применения огнестрельного оружия и смертельных исходов.
Пьер Дебизе обладал запоминающейся внешностью и колоритным имиджем - почти двухметровый рост, атлетическое сложение, огромная физическая сила. Для него характерны были появления в тёмных очках с сигаретой. В SAC был известен под кодовыми кличками Полковник и Густобровый.
В общественном восприятии Дебизе остался как фанатичный голлист, правый политик, оперативник партийной спецслужбы. Он запомнился не только как участник Сопротивления, но и как организатор спецопераций, проводник политического насилия в узкопартийных целях. Соратники называли его "грубым и сентиментальным, страстным рыцарем чести". Он сформировался в годы Сопротивления, проникся голлистской идеологией и верностью де Голлю, считал недостойным любой компромисс - и потому "одновременно находился в авангарде времени и на обочине времени", не хотел и не мог принять "мелкотравчатости" последеголлевской политики *.
Все это были бывшие партизаны. Маки. Люди из зарослей...
Франция, не входя в НАТО - активно работала с "движением неприсоединения". Кроме Африки, где у нее были исторически хорошие связи - она активно налаживала связи по всему миру. Иосип Броз Тито. Адмирал Эмилио Эдуардо Массера. Саддам Хуссейн. Николае Чаушеску.
Леонид Брежнев.
Еще в шестидесятые - де Голль провозгласил политику "Единая Европа от Лиссабона до Владивостока". Пока из этого ничего особо не вышло - но Франция и СССР поддерживали особые отношения. Достаточно сказать например, что во Франции с огромным успехом гастролировал советский цирк, а Союзкино продавало свои фильмы и закупало продукцию компании Гамон. В отличие от американского - французское кино было представлено в Союзе очень хорошо, и Ален Делон неожиданно стал секс-символом позднего СССР.
Все это базировалось на нескольких вещах. Главной среди которых была готовность к любым сделкам с дьяволом, пока тот готов платить. Потом это назвали бы беспринципность - когда этика станет политикой. Еще одна вещь - тем, кто меньше, полагается быть более пронырливыми. Иначе просто сожрут...
Так вот...
У власти в Париже в то время был Франсуа Миттеран, и у него был собственный "Пьер Дебизе" - лейтенант Кристиан Пруто, основатель GIGN, ушедший из оперативной группы в 1980 году после тяжелого ранения. Сейчас он официально числился префектом (без префектуры) и специалистом по безопасности Елисейского дворца, но при этом занимался для президента разными грязными делами. Разными - в том числе и личными. Например, он отвечал за безопасность второй семьи президента - а у президента Франции было две семьи, и в одной из них недавно родилась дочка. Это кстати было мало - по воспоминаниям знавших Миттерана людей, когда он был помоложе, у него всегда было четыре - пять любовниц на стороне, не меньше.
Пруто - узнал о произошедшем в Лондоне одним из первых, но ничего необычного не почувствовал - теракт и есть теракт, знаковый правда. Чему удивляться после гибели Альдо Моро, после семидесятых, которые прозвали "свинцовым десятилетием". Но тут позвонил генерал Рене Имбо, начальник Генеральной дирекции безопасности и попросил о встрече...
Встреча состоялась недалеко от теннисных кортов, где проходит Ролан Гаррос. Место там было довольно примечательное - это место облюбовали любители группового секса, кружившие на машинах и перемигивавшиеся - если кто-то кому-то понравился, он ехал следом и...
Тут тоже предстояла групповуха, но несколько иного рода.
Выслушав Имбо - пока это были лишь подозрения - Пруто грязно выругался
- Кто санкционировал это дерьмо?
- Мой предшественник
- Лакост?
Адмирал Лакост возглавлял французскую разведку до скандала с подрывом судна Рейнбоу Уорриор, после чего ему пришлось подать в отставку. До своего назначения - он командовал на флоте средиземноморской зоной. То есть именно той, через которую в Марсель переправляются тонны наркотиков. И слухи ходили недобрые.
- То есть, мы имели дело с Карлосом
- Не сами. Через румын.
- Вашу мать, да это вскроют на два счета!
- Все не так просто. Ваш шеф в курсе.
- Кто?
- Ваш шеф в курсе - с нажимом повторил Лакост
Пруто понял, что речь о президенте
- Вы хотите, чтобы я этому поверил? - спросил он
- Я хочу, чтобы вы донесли это до своего шефа - зло сказал Лакост - а так же еще одно. Если все это дерьмо всплывет - один я ко дну не пойду, как мой предшественник. Так ему и передайте...
По-моему Хемингуэй сказал: у мужчины две родины, своя и Франция. А может и не Хемингуэй. Какая разница, если это правда.
Французы обладают одним умением, которое так сразу и не опишешь: умение жить. Оно присуще не всем, и даже на этой благословенной земле оно есть не всегда - но оно есть. Умение жить - это значит, получать удовольствие от жизни даже в мелочах: вкусная еда, изысканные вина, хотя даже простое молодое Божоле чудо как хорошо. Красивые женщины. Все это было и есть во Франции, и это отличает французов от многих других, для которых жизнь - это жизнь-долг, или жизнь-боль, или жизнь - нескончаемая погоня за долларом.
Франция - это страна, где так и не смог укорениться нацизм, он был в нее привнесен извне. И в довоенной чехарде правительств, правых и левых - мы можем увидеть одно. В отличие от русских или немцев - французы просто пытались жить. Они не видели жизнь как нескончаемую жажду реванша за прошлое - у них уже был один реванш, и все это кончилось плохо, несмотря на то что они победили. Они не видели ничего хорошего в том, чтобы маршировать с лопатами на рытье канала вручную, ревя революционные марши. Или работать по две смены на заводе, а потом стоять в очереди за куском мяса на ужин, которым и собака побрезгует. Они проиграли войну за три недели. Но как то так получилось что они выиграли - и при этом остались сами собой.
В этот раз кровь лили другие...
Миттеран был плоть от плоти своей страны - когда то он был националистом, теперь стал коммунистом, он был любителем жить широко и красиво, брать от жизни все что она может дать и немножечко больше. Как-то раз он прибыл с визитом в другую страну и соблазнил жену премьер-министра этой страны, и дело чуть не кончилось разрывом дипломатических отношений. Такое мог сделать только француз. Один из его министров - когда-то вылетел из Москвы, попав в "медовую ловушку", и де Голль, тогда бывший президентом, встретил своего неудачливого дипломата словами: ну, что, дружище? Всё т...хаешься на стороне? Сам Миттеран, возраст которого перевалил за пятьдесят - всегда носил с собой, простите, презервативы...
Пруто нашел президента в одной из комнат, выходящих на двор: он курил, сбрасывая пепел за окно. Это было нарушением норм безопасности, его могли и застрелить - но Миттерана это не сильно волновало. Внизу, во дворе так же курили, собравшись кучкой шоферы двух кортежей, большого, официального - и второго, скрытого. Потому что никто не знал, в какую семью сегодня вечером отправится месье президент - в официальную или в тайную.