Но хочется это предотвратить. Здесь, там… везде. Нет сил жить в том мире. Просто – нет сил.
– Чего задумались, Михаил Сергеевич?
– Красиво у вас тут.
– Дача МИДа, Сейчас ленч подадут как в Штатах
– Надеюсь, не гамбургеры?
– Нет… сейчас что-то сочинят.
Я демонстративно обвел глазами комнату, и Громыко моментально понял, кивнул.
– Потом погуляем. Воздухом подышим. В Москве дышать нечем…
Покормили нас хорошо – как видно, привезли с собой в судках из столовой МИДа. Я отказался от кусочка торта, чем навлек на себя подозрения – в США просто торты ужасны, не то, что наша Прага. А я привык в США отказываться от всего сладкого, чтобы не заработать диабет.
Потом оделись потеплее, пошли на улицу, протоптанной тропинкой – в ельничек. Никак не привыкну к здешней одежде – пальто да на пуговицах. Хотя в США хорошо сшитое из дорогого материала пальто может мало кто себе позволить – все носят китайский флис.
Темнело…
– Красиво, да? – спросил Громыко
– Да, нет ничего лучше русской природы – сказал я – у нас не так. Степь да степь кругом, только недавно начали насаждения делать… но не выросли еще…
Громыко остановился.
– Миша – сказал он – я сейчас говорю с тобой как старший товарищ… по партии, по работе. Время пришло, дальше откладывать вопрос нельзя. Следующим Генеральным должен стать ты.
– Не соглашайся!!!
– Андрей Андреевич, да вы что. У меня опыта совсем нет, я в Политбюро без году неделя.
– Миша!
…
– Это не мое мнение. Это мнение Константина Устиновича.
Вот так – так…
– Вот как?
– Да. Я был у него.
– Как он?
– Плохо, Миша. Очень плохо. Уже не встает.
– А врачи что говорят?
– А что врачи говорят? Правду они не говорят, это точно. Как не сказали правду про Леонида Ильича. Как не сказали ничего про Юрия Владимировича – он ведь инвалидом оказывается был, по почкам, уже много лет.
…
– Обстановка и в стране и в мире нездоровая. Про экономику ты и сам лучше меня знаешь, что мне говорить. Уже не выполнили две пятилетки, подогнали цифры. Третью тоже наверное не выполним. Международная обстановка напряженная, в Европе размещаются ракеты. На Ближнем Востоке возможно перерастание войны Ирака и Ирана в международный конфликт. В Афганистане все плохо. В Польше окончательно стабилизировать ситуацию не удалось – все до разу как говорится. В таких условиях, генеральный секретарь для нашей партии нужен не просто работоспособный – двужильный нужен. Я не справлюсь, здоровья и сил не хватит.
Я лихорадочно размышлял. Просто так такие предложения не делаются, и в любом таком предложении есть двойное дно.
– В одиночку мне не справиться.
– Не в одиночку, Миша, мы поможем. С нас никто обязанностей не снимал, поможем разобраться…
Нет, не то.
– Андрей Андреевич, в одиночку я партию и государство не потяну. Ни сил не хватит, и такая ответственность. Партию… положим на меня, государство… возьмите вы, хотя бы временно. Почувствуете, что не справляетесь, поставите вопрос.
Громыко выждал приличествующую паузу, кивнул
– Хорошо, Михаил Сергеевич. Если ты так настаиваешь…
– Кого на ваше место?
– Я… подберу.
Так…
– Если у нас такие сложные отношения с США, может… Анатолия Федоровича?
Громыко – не знаю, ждал он этого предложения, или оно стало для него неожиданностью – снова выдержал несколько секунд.
– Добрынина? Ну… может и так, он посольскую должность перерос давно, но что мои замы скажут…
Но тут же Громыко дезавуировал себя
– А пусть говорят, что хотят.
На обратном пути я прикинул – проработал ситуацию вроде бы правильно, и Громыко получил то что хотел – важный пост на старость. Плюс – такого человека терять нельзя, тридцать лет в политике. А ставить Шеварднадзе – это издевательство над дипломатией. Куда, если он английского не знает?