— Ты, чё удумала, котёнок, — Вова схватился за тарелку, не собираясь мне её отдавать. — Это вкусно... Безумно вкусно... Очень... Очень... Боялся язык проглотить, вот и молчал. Ты чё напридумывала себе? — посмотрел пристально.
— Ты так говоришь, чтоб меня успокоить. Не надо меня жалеть.
— Ты почему такая самокритичная. Я правду говорю. Вкуснее, чем в итальянском ресторане.
— П-п-равда, — спрашиваю, не сдерживая слёз.
— Правда-правда. Ты поела? — спрашивает игривым тоном и подмигивает. В ответ на это невинное подмигивание в груди ёкает сердце. Я могу только кивнуть. В горле пересыхает. Губы стягивает. Облизывает их кончиком языка. Вова внимательно смотрит, как мой язык смачивает губы. — Тогда я хочу свой десерт, — подходит ближе, обхватив одной рукой за талию, второй — сжимает моё лицо в ладонях, говоря в самые губы. Смотрит с вызовом. Жар и трепет в каждой клеточке моего тела. Ощущение, что плавлюсь в его руках, как кусочек сливочного масла, растекающегося жидкостью от тепла ладоней.
— Я сегодня не успела приготовить... — мы застывает у стола. Ладонь Вовы лежит приятным грузом на моей талии. Ощущаю себя полностью под его защитой. Тепло, приятно, уверенно.
— Как же, — сипит и делает паузу. Сильные пальцы перемещаются на мои ягодицы, он подхватывает меня под них, усаживает на стол. Запускает одну руку в короткие шортики, потом в мокрые трусики, окунает палец во влагу, достаёт и облизывает под моим ошарашенным взглядом. — Всё уже готово, — проговаривает осипшим голосом и накидывается с поцелуем.
Начинаю холодными пальцами рвать на нём одежду, чтобы, как можно быстрее обжечься об него, прикоснуться к его телу. А он... Он просто брал то, что уже давно принадлежит ему. Он везде и сразу, а у меня начинает кружиться голова.
— С утра тебя не видел, а пиздец, как соскучился, — шептал, осыпая моё тело поцелуями. Толкнул меня спиной на столешницу и развёл ноги с стороны, открывая перед собой всю, издала тихий стон. — Ты не будешь против, если мы вернёмся к тому утреннему разговору. Я по-прежнему хочу тебя вылизать, ощутить на языке вкус сладкого персика, — тихо произнес и встал на колени передо мной. Вздрагиваю, когда его пальцы переплетаются с пальчиками на моих ногах, а жаркий настойчивый язык трогает мои складочки.
— Боже, Вова! Нет... да... — повторяла, как в бреду. Его язык не прекращал исследовать мою влажность, то и дело задевая самые чувствительные местечки, словно изучая меня.
Уже была готова взорваться, когда поняла, что он остановился и покинул меня. Распахнула затуманенные желанием глаза и посмотрела на него.
— Я знаю, девочка моя, что ты уже близко, — облизал свои губы, влажные от моих соков. Не удержалась и застонала в голос. Ничего не видела более возбуждающего и сексуального.
— Я тебя прошу, не останавливайся, — поёрзала попкой по столешнице.
— И не собирался, котёнок, — хмыкнул и полез в карман домашних трико. Услышала звук рвущейся фольги, не опуская взгляда, наблюдала, как он раскатывает тонкий презерватив по своему члену. Первый раз, в больнице, мы не предохранялись, но потом всё-таки решили не рисковать. Прерванный акт, не даёт сто процентную гарантию. А детей, мы пока не планируем.
Сглатываю, настолько завораживает это действие. У него такой большой, но я точно знаю, что смогу его принять всего, потому что мы уже проделывали это раньше.
Наши взгляды прикованы друг к другу. Когда его пальцы обхватывают мои бедра и приподнимают их. Головка члена упирается в мои складочки, раздвигая их, проскальзывая внутрь.
— Настя, милая... — он не договорил, а просто резко толкнулся бедрами, прорываясь на всю длину, выбивая из моих лёгких, тихий стон. Я затрепетала в его руках, а он склонившись над моей грудью, начал посасывать мои соски, в унисон с толчками. Толчок в глубину и мой сосок втягивается в его рот, до лёгкой боли. Затем отпускает его, также неожиданно и быстро.
Я горела... нет, сгорала от страсти в его руках. Молила о пощаде, а спустя несколько секунд просила быть жёстче, резче. Не хотела, чтоб эти невообразимые ощущения наполненности заканчивались.
Взрыв ощущений, горячей волной прокатился по моему телу, потряс меня. Перед глазами будто взорвались миллиарды звёзд, осыпая каждую мою клеточку своим жаром.
— Настя, — услышала гортанный рык Вовы, словно через вату в ушах. Зажмурила глаза сильно-сильно, пытаясь продлить в себе ощущение наполненности им. — Ты невероятная, — уткнувшись мокрым лбом в мой, он ещё какое-то время двигался, а потом его дыхание сбилось, он замерев, содрогнувшись.
Овила его бедра ногами и выдавила пятки с ягодицы, не давая отстраниться, заставляя кончить в меня полностью. Была настолько счастлива, удерживала и поглаживали его мускулистое тело своими руками. Не верилось, что он мой. Мой мужчина... Мой любимый мужчина...
— Десерт был несказанно вкусным, — улыбнулся, изогнув бровь, потом прикоснулся губами к моим. Ответила на поцелуй со всей присущей мне страстью. Он отплатил тем же. — Ну, что идём мыться? — нежно опустил меня на пол, подбирая наши вещи.
— Думаю, да, — отвечаю и проскальзываю вперёд него.
***
Настолько далеко ушла в свои воспоминания, что пропустила нужный автобус. За то подошла маршрутка ехавшая в сторону дач, как раз, где находилось первое место в списке. Ладно, проеду быстро одна. Далеко не пойду, пройдусь, осмотрюсь, если кого-то увижу, спрошу у них. У меня и фотография Максима с собой. Туда и назад. Должна успеть и вернуться до приезда Вовы.
Глава 37
Доехала до нужной остановки, это оказалась конечная. Место устрашающее. Не одной жилой постройки вблизи не просматривалось. Метров двести от дороги виднелось полуразрушенное производственное здание. Наверняка, это и есть старый винно-водочный завод. Значит мне туда. Здесь даже остановки нет. Водитель высадил меня и сразу уехал. Интересно, а как назад добираться. Я даже не спросила, какой у них интервал движения.
Собралась с духом и пошла через поле засохшей травы. Странно, что здесь нет не то, что дороги, но и тропы, говорящей о том, что здесь вообще есть люди. И как здесь можно, кого-то найти. Не ходить же по развалинам и кричать. Подойдя ближе, заметила, в проёме разбитого окна свет. Присмотревшись, поняла, что это был костёр. Отлично, на огонь и пойду, там наверняка люди.
Пробираться сквозь руины было сложно, всюду валялись кирпичи, битые стекла, куски бетона, арматура. Плохая была идея одеть сегодня туфли, хоть они и не на высоком каблуке, но ходить в них нужно по ровной, асфальтированной дорожке, а не по завалам. Здесь прекрасно подошли бы кроссовки, а лучше берцы, как у Вовы. Не хватало запнуться, упасть и что-нибудь сломать, тогда я точно отсюда не выберусь.
В голове начала зудить мысль, что зря одна сюда пошла, но назад дороги уже нет. Просто подойду и спрошу, здесь нет ничего криминального. Как говорят, за спрос не бьют в нос.
Наконец-то протиснулись в большое помещение, в центре, которого горел костер, а вокруг сидели молодые ребята, они смеялись, бранились матом, что-то пили и курили. Пять человек. Направилась прям к ним.
— Ребята, здравствуйте, — тихо подошла, но меня заметили ещё до того, как приблизилась к ним. Все, как по команде оборачиваются, пялясь на меня.
— Опа, опа, опа-па! А что это у нас тут за киса такая красивенькая одна бродит, — молодые люди начали свистеть, кричать, издавать неприятные звуки. Соскочили со своих мест и в миг обступили меня со всех сторон, заключая в плотное кольцо.
— Я ищу своего брата, Максима. Мне сказали, что он может быть здесь.
— Кто сказал? — напряжённо спросил один из парней, затягиваясь сигаретой и выпуская клубни дыма, прям мне в лицо. Всем им было не больше семнадцати лет, по моим меркам, а может и меньше. Я закашлялась. Никогда не курила, даже не пробовала. Запах сигарет не люблю. Вова курит, но не часто и делает это всегда на балконе.