Установив прутик с мясом, Ян сел рядом с Настей и, обхватив её за плечи, заставил смотреть на себя.
– Мы хорошо подготовимся к походу, возьмём всё самое нужное.
– Когда?
– Когда ты наберешься сил.
– А твоя рука?
– А она к тому времени будет в порядке.
Настя неуверенно кивнула. Понимание того, что их до сих пор так и не нашли неприятно давило на сознание, а оставаться здесь ещё на пару месяцев совершенно не хотелось. Холод и постоянные лишения, особенно голод, показали суровую правду жизни. Хотелось скорее вернуться к нормальной жизни, принять душ, привести себя в нормальный вид и наконец-то хорошо поесть!
– Ну раз так, то какая разница где погибать, тут или в другом месте по дороге.
– Насть, ты совсем не оптимист.
– Прости, это была плохая шутка.
– Да я понял.
Силы возвращались, давая Насте возможность вставать и помогать мужчине в сборах. Но кашель по-прежнему душил и мешал спать по ночам. Казалось, что уже нет сил, болит и горит огнём грудная клетка, а горло сводит в спазмах. В такие моменты, когда Настя заходилась страшным, лающим кашлем с мокротой, Ян ещё больше хмурился и мысленно матерился на тех, кто до сих пор так и не нашёл разрушенный борт.
– Всё нормально.
– Ненормально. Больше ждать нельзя. Тебе нужна помощь.
Эта ночь была последней и решающей. Рука двигалась с трудом, но двигалась и ждать Ян не мог. Насте срочно нужна была медицинская помощь и он был готов хоть нести её на руках. Девушка ещё спала после тяжёлой ночи, когда Ян встал и стал проверять сложенные накануне вещи. Оставалось только умыться, позавтракать и, взяв с собой пистолет и маленький топорик, выдвинуться в путь.
Ещё вчера Ян проложил их путь в обратном направлении от сопок, по курсу полёта их самолёта. Он не знал, что ждёт их впереди, но то, что там был сосновый лес на относительной равнине говорила вчерашняя долгая прогулка.
– Какое-то странное чувство.
– Ты, о чем?
Они отошли от разрушенного борта на несколько метров, когда Настя остановилась и обернулась.
– Мы пробыли тут месяц, а как будто полжизни. Словно покидая это место, я теряю что-то ценное…
Настя снова зашлась в кашле, закрывая рот рукой.
– Не думай об этом. Думай о том, что скоро мы будем дома.
Ян прекрасно понимал Настю, ведь и сам с какой-то тоской покидал это место, где познал страх, силу, страсть, стойкость духа и любовь. Но здоровье любимой женщины сейчас стояло на первом месте. Кинув последний взгляд на разобранную баню, Ян взял девушку за руку, другой поправил рюкзак на спине и повёл по одной ему известной тропе.
– Мы будем делать привалы сразу, как только ты будешь чувствовать сильную слабость. Надо по светлому проходить большую часть пути.
– Откуда ты знаешь куда идти?
– Не знаю. Могу только догадываться и доверять своему чутью.
В первый день они значительно отошли от своего временного убежища, делая всего пару остановок, чтобы перекусить и дать девушке отдохнуть. На ночь Ян сооружал импровизированный шалаш из палок и полиэтилена, который он заранее снял с бани. Ночной холод пробирал до костей, а вой волков и постоянные шорохи возле прозрачного укрытия приподнимали волоски на затылке.
Как бы Настя не крепилась, но тяжёлый путь по глубокому снегу и постоянный кашель забирали силы быстрее, чем хотелось. Двух остановок было явно мало, но поддаваться слабости она не хотела и не собиралась. Ян всячески старался поддерживать, рассказывая смешные случаи из своего детства, постоянно контролируя её состояние. Ночью она прижималась к дорогому человеку, утыкая нос в его шею и каждый раз вздрагивала, когда неподалёку слышала вой.
– Не бойся, они нас не тронут, постарайся поспать.
– Всё равно страшно.
– Знаю, мне тоже.
К концу четвёртого дня Настя еле волочила ногами, цепляясь за руку Яна. Не было сил ни говорить, ни думать. Хотелось упасть на снег и просто лежать. Пальцы ног давно потеряли чувствительность, губы пересохли, а горло саднило от кашля так, что невозможно было сглотнуть.
– Давай сделаем так, Настюш. Ты подождешь меня вот под этим деревом, а я схожу вперёд на разведку.
– Нет, я с тобой.
– Насть, ты еле идёшь.
– Неправда, просто немного устала.
Ян прижал девушку к себе, поцеловал в холодный с испариной лоб и болезненно зажмурился. Он не хотел сейчас ей давать надежду, пока сам не проверит.
– Милая, не спорь. Я недолго, а ты как раз отдохнешь и перекусишь.
– Хорошо.
– Я оставлю тебе пистолет.
Скинув рюкзак и положив рядом пистолет, Ян нежно поцеловал девушку в губы и пошёл вперёд. Полчаса назад он видел синюю метку на одном из деревьев. Это был хороший знак. Стараясь шагать быстро, Ян сжимал в руке топорик и молился, чтобы его догадка подтвердилась. Вскоре меток стало больше, а через сотню метров Ян вышел на небольшую поляну, где стоял скромный домик с одним маленьким окном.