– Ну, теперь дело за Черногором, – пробормотал Ванюша, спровадив всех лишних в сад, – надо туда же и Миледит с Дагмар загнать, а то, как бы они на Кощика не нарвались.
Он скользнул в коридор и крадучись двинулся по галереям дворца в поисках царицы и заказчицы. Это было не просто. Этажи патрулировались мрачными фигурами в сутанах, и внутренний голос говорил Ванюше, что с ними дела лучше не иметь. А потому ему приходилось проявлять чудеса ловкости, чтобы не попасть в поле зрения этих молчаливых охранников. Однажды ему пришлось даже скрыться в дамском туалете, чтобы не нарваться, но, к сожалению, укрытие было уже занято… желтой прессой. Папарацци немедленно встал в стойку, чтобы проорать свое знаменитое «Ийя-я-я!!!», но Ванюша опередил его.
– Ты, ты, – согласился он, вминая своим пудовым кулаком желтой прессе голову в плечи, – ой, а может я тебя зря? вдруг, ты тот, кто нам нужен? – опомнился Ванюша, наклонился над осевшим телом, и понял, что сожалеть уже поздно. Как минимум до утра пресса будет отдыхать.
Флегматично почесав затылок, Иван покинул туалет, и возобновил поиски. Скоро его усилия увенчались успехом. Впереди новоиспеченный князь услышал приглушенные женские голоса. Ванюша подкрался поближе. Голоса доносились из-за полуоткрытой двери. Иван немедленно приник к щели. По роскошному кабинету нервно вышагивала царица Дагмар в помятом платье. На нее хмуро поглядывала Миледит, небрежно развалившаяся в кресле за письменным столом, покрытым зеленым сукном.
−Я не понимаю, Миледит, зачем потребовался весь этот цирк? – Дагмар остановилось напротив стола, и в упор посмотрела на белокурую красавицу.
– Так надо! – резко ответила Миледит, – это делается на благо государства. И это не ваши проблемы. Ваша проблема…
– Я все помню, – досадливо отмахнулась Дагмар, – и практически все уже подготовила, пока вы были в отлучке.
– Вот как? – вскинула брови Миледит, – я вижу, вы не теряли даром времени.
– К концу этой недели, – болезненно морщась, сообщила Дагмар, – на Андриане можно будет поставить крест. Потом как положено траур, поминки… выбирайте любой день: третий, девятый, сороковой. Будет выкачено столько бочек вина, что Альма Матер месяц просыхать не будет.
– Замечательно, – азартно потерла руки Миледит, – если сумеем покончить с мадам Конг, Зилантийская армада прибудет в порт и возьмет город голыми руками. Что еще?
– Я таки нашла ключи от сейфа Андриана. Там лежат очень любопытные документы. Тайные договора с рядом государств по поводу совместных действий против Зилантии на случай вооруженного конфликта, – безразличным голосом сказала Дагмар, – еще там есть компромат на высшее дворянство как наше, так и Зилантийское…
– Прекрасно. Ты замечательно поработала милочка. Да, мое распоряжение засекретить данные о времени прибытия в порт и отбытия из него Зилантийских судов выполнено?
– Разумеется. Данные под флагами каких государств, с каким грузом, когда и как они прибывают в порт Альма Матер и отбывают из него поступают непосредственно от начальника порта прямо ко мне, минуя остальные инстанции. Начальник порта наш человек, так что утечка информации исключена.
– Где последние данные?
– В сейфе. Я решила, что так надежнее.
Дагмар подошла к портрету, изображавшего царя батюшку Андриана со скипетром и державой, висевшему на стене около письменного стола, отодвинула его в сторону. За портретом оказался стальной сейф гномьей ковки, сняла с шеи ключ с причудливой фигурной бороздкой…
– Не надо, – тормознула ее Миледит, – он надежно охранял секреты Андриана, пусть теперь сохранит наши секреты.
– А в чем дело? – удивилась Дагмар.
– Скоро поймешь. Пусть сначала поработают мои профессионалы. Кстати, боюсь, мы им здесь мешаемся. Чем меньше этой ночью народу во дворце, тем лучше для дела. Об этом меня мои люди особо просили. А не прогуляться ли тебе царица к своим подданным? – Миледит встала из-за стола, подошла к окну, – пока они твой сад не спалили.
– Не пойду, – заупрямилась Дагмар.
– Это еще что за фокусы? – нахмурилась Миледит.
– Да эти твои профессионалы… – царица явно была в смятении, – …не пойду!
– Чем они тебе не угодили?
– Да ты посмотри! Вот ведь и вправду из грязи в князи! В первый же вечер всех споили да так, что меня собственный подданный на глазах у всех чуть не изнасиловал.
– Это у них манера работы такая, – усмехнулась Миледит, – довольно дикая, но результативная. Кощея-то они уработали! И никакое бессмертие ему не помогло. Так, нечего из себя девочку строить!
– Это ты мне?
– Тебе, тебе. Будь проще и к тебе потянутся люди. Пошли, поддержим начинания наших новых князей. Народные гуляния в полном разгаре. Главное улыбайся своим подданным. И если даже тебя кто-нибудь за что-нибудь ущипнет, не надо оскаливаться и кусаться. Забудь про свои атавистические привычки.
Иван едва успел заскочить в какой-то закуток. Двери распахнулись. По коридору прошествовала Миледит, таща за собой упирающуюся Дагмар.
– Не бог весть что, – удовлетворенно хмыкнул Иван, – но уже кое-что. Надо бы для пользы дела сейфик бомбануть. Мало ли какие там полезные секреты схоронены?
Перед мысленным взором Ванюши предстала горка золота, лежащая поверх секретных документов в сейфе Андриана. Не откладывая дела в долгий ящик, Иван немедленно ринулся добывать полезные секреты. Сейф, вмурованный в стену, не давал ему возможности даже ноготком зацепиться за крышку. Сделан он был очень и очень качественно. Но разве Ванюшу могут остановить такие мелочи? Он закатал рукав, сжал кулак, размахнулся…
Подозрительные звуки за стеной заставили его встрепенуться. Иван вернул картину на место, нырнул под стол, и сделал это, надо сказать очень вовремя. С еле слышным шуршанием часть стены рабочего кабинета царя Андриана отъехала в сторону, и оттуда вышел думный дьяк посольского приказа Феофан.
– Эх, вы, басурманские рожи, – радостно хихикая, дьяк просеменил к картине, небрежным жестом отодвинул ее, и спокойно открыл сейф ключом, извлеченным из кармана кафтана, – кого объегорить хотели. Я еще когда царь батюшка Андриан в добром здравии был дубликатом обзавелся, хи-хи…
Феофан начал азартно рыться в бумагах, которыми сейф был набит до отказа. Это было не удобно. Тогда дьяк схватил всю кипу, подтащил к столу и вывалил бумаги на столешницу, сметя ими на пол золотую чернильницу непроливайку, и набор гусиных перьев. Ванюша замер. Перед его носом на тот же пол спланировал лист пергамента. Если Феофан полезет поднимать, все пропало! Однако дьяку, видать, было плевать на царский письменный прибор. Его гораздо больше интересовали последние документы, спрятанные в сейф царицей Дагмар. Над головой Ванюши шуршали перелистываемые дьяком листы бумаги. Иван поднял чернильницу, взвесил ее в руке, прикидывая, стоит ее нести в ломбард или нет? Решил что стоит, и сунул письменный прибор в карман. Тянула непроливайка как минимум на полкило.
– Ага! Вот они! Пойдет наш кораблик под франкскими флагами послезавтра к вечеру. Груз обычный. Меха, соболя, но это сверху. А под ними сундуки с каменьями драгоценными, и золотом о двухсот пудов. Это сколько ж получается? Ага… да, это последнее. Больше в казне Андриана остаться было не должно. Всю подчистили гады! Ей Богу! Я, как исконно русский человек, истинный патриот, можно сказать, просто не имею права пройти мимо… и не урвать свой кусок! Обязательно солью информашку мадам Конг за десять… нет, за двадцать процентов от этой суммы!