Он выпрямился, снова пересмотрел видео и нахмурился. А если, если еще кто-то решил прибрать к своим рукам, то, что принадлежит ему? Нет, это невозможно, для этого надо обладать мозгами, работающими так же недурно как у него, Виктора Лиса, мозгами. А это маловероятно. И все же... Он поднял трубку.
— Эндрю, не будете ли вы столь любезны, чтобы встретиться со мной? Сегодня! Сейчас! Хорошо, я жду вас в том же кафе через час. И, Эндрю, пожалуйста, оставьте оружие дома, нам ни к чему сейчас проблемы с полицией. Я знаю, что у вас есть разрешение. Знаю! Знаю, что вы не выходите без ствола, но уважьте мою личную просьбу. Так будет проще мне. Спасибо! Хорошо, я буду вас ждать. До встречи!
Виктор Лис медленно выбрался из кресла, недовольно погладил, ставший за последнее время слишком большим живот, и потянулся. Надо выиграть время. Надо залечь на дно и посмотреть, что предпримет корпорация ради спасения своего имени и проекта как такового. Надо выждать, а затем, затем можно будет прибрать все к своим рукам. Надо ждать, а ждать Виктор Лис умел, хотя и ненавидел сидеть без дела. Он был готов действовать, но если ситуация требует ожидания, он подождет. А вот когда ожидание закончится.
Он улыбнулся своему отражению, запирая дверь на ключ, он почти смеялся, нажимая кнопку лифта, и расхохотался, когда лифт двинулся вниз. В его голове зрел план, доставляя почти физическое, сексуальное наслаждение. Улыбаясь, он сел в машину и отдал водителю короткий приказ с адресом кафе. Закрыв глаза, он расплылся по заднему сиденью и задремал. Виктор Лис был счастлив.
Сэм в сотый раз просматривал видео, с казнью пытаясь рассмотреть эмблемы кланов на рукавах, как убитых, так и тех, кто убивал. Каждый клан волен сам разрабатывать себе эмблему, или взять готовую, но эти ребята точно не выбирали готовое, напротив, они приложили максимум усилий, чтобы создать устрашающий образ эмблемы. Сэм усмехнулся, подумав о том, во сколько им обошлись услуги профессионального дизайнера. Придется перевернуть все реестры кланов и найти кто они такие.
Вздохнув, Сэм погрузился в работу. Он не представлял, каким образом поступить с ними, когда найдет. Формально, но только формально, наказывать их было не за что. Механика игры не запрещала подобные действия, как не запрещали их и правила. Но! Но Сэм понимал, почему так обеспокоен Герхард. И хотя он не разделал беспокойство главы корпорации, надо было сделать все, чтобы подобное не получило серьезного развития.
Нырнув в статистику, Сэм, внезапно для себя, осознал, что за первые два месяца турнира из него не выбыл никто, а за следующий месяц количество претендентов на миллиард снизилось почти в два раза. Он улыбнулся. Атаки на базы возымели свое действие и, хотя чаще всего защитникам удавалось отбиться, но потери с обеих сторон были сумасшедшие.
Конечно, когда он только придумал все это, когда выкладывал свои мысли на совете, он надеялся, что турнир продлится долго, но не думал, что настолько долго. Он рассчитывал, что к этому времени из игры выйдут хотя бы несколько кланов, но даже самые слабые за редким исключением еще оставались наплаву. Сцилле нужна была встряска, необходимо было увеличить активность игроков и количество смертей. От последней мысли Сэм вздрогнул. Может быть, он задал слишком большой куш? И те, кто жаждет получить его, не остановятся ни перед чем. И доказательства тому вновь прокручивались на экране. Надо что-то менять и срочно! Он взял телефон.
— Лазарь, прости, что так поздно, это Сэм. Мне помнится, Лазарь, мы с тобой обсуждали некоторые возможности. Ответь мне в какой они стадии?
— Вижу, вы еще на месте, — уставший голос программиста не вселил в Сэма оптимизма. — Если не собираетесь домой, то спуститесь ко мне, я вам кое-что покажу.
— Кое-что хорошее? — вздохнув, спросил Сэм. — если плохое давай отложим на завтра.
— Спускайтесь, — программист хихикнул. — Вам понравится. Нет, вам точно понравится, ага!
Сэм положил трубку и встал. Сквозь стекло он видел святящиеся окна работающих в ночную смену отделов. Если глянуть вниз, то можно увидеть поддержку, людей что днем и ночью отвечают на разрывающиеся телефоны жалобщиков и недовольных игроков. Чуть выше те, кто отвечал за консультирование по техническим вопросам. Еще выше четыре этажа занимал отдел программирования, но сейчас он был темен и только одно окно в самом дальнем углу горело. Там сидел Лазарь, толи гений программирования, толи маньяк. Он мог сутками напролет ковыряться с кодом, выискивая неполадки и добавляя нововведения. У него не было никакой лично жизнь, за исключением частых и все увеличивающихся по времени больничных процедур. Но когда Лазарь был в форме, он творил чудеса. Вот и сейчас он остался последним человеком в темном отделе программирования.