Сэм вышел к ним, высоко подняв голову. По обыкновению, сложил бесполезные чистые без заметок листы на трибуне и, наклонившись к микрофону, произнес:
— Мы начнем через десять минут. Меня всем слышно?
Толпа журналистов ответила гудением. Сэм улыбнулся и кивнул. Он демонстративно спокойно сел на стул и отхлебнул воды из пластиковой бутылки. Руки его тряслись, и он отчаянно наделся, что это останется незамеченным. Он сидел, попивая воду маленькими глотками, осматривая журналистов, и каждый из них казался ему готовым к прыжку львом. Они пришли сюда не за информацией, они пришли сюда топить его и Сэм знал это.
Он закрыл глаза и, улыбнувшись, встал.
— Добрый день! Предлагаю начать. Сегодня не будет пресс-релиза, сегодня не будет отчета. Я отвечу на любые ваши вопросы, которые вы успеете задать за два часа. К сожалению большим временем я не располагаю. Приступим. Первый вопрос — он поискал глазами кого-нибудь из известных ему журналистов, желательно не из игровой индустрии и, найдя поднятую руку, кивнул — Джен!
— Дженифер Арбрамс, Глобо-ньюс — представилась та — Сэм, за последние полгода Сцилла стала настоящим событием в игровое индустрии. Ваш турнир привел к тому, что большинство людей способных держать мышь в руках оказались в вашей вселенной. Мы пристально следим за вами, хотя не буду скрывать, все это мне изначально казалось авантюрой. Но. — Он подняла палец, призывая к тишине — но у вас все получилось. И вот мы все видим то видео, где одна группа казнит другую. Сэм, скажите так задумано в вашем мире? Насилие, прежде всего?
— Конечно же, нет! — Сэм подался вперед к микрофону — Джен, вы знаете меня не первый год и вам отлично известно, что я не поклонник насилия в любой его форме. Насилие допустимо в играх, тем более в военных играх, в таких как Сцилла. Мы запустили турнир, не думая о том, что способствуем эскалации чего либо, более того, что позволено нашей игровой механикой.
— Сэм, я позволю себе заметить, что вы уклонились от ответа на поставленный мною вопрос.
— Я еще не закончил отвечать на него. — Сэм как мог дружелюбно улыбнулся — Насилие по сути своей есть составная часть любой игры. А компьютерная она или нет, это уже не важно. Скажем футбол. Казалось бы, откуда там насилие? Это жесткая игра, в которой люди идут в стык, не думая о том, что могут получить или нанести травму и такое случается. И когда оно происходит по стечению обстоятельств, это одно, но вы все помните и игроков, кто заводился на поле и умышленно шел на другого игрока с желанием нанести травму. — Он взглянул на спортивных обозревателей, явно чувствующих себя не в своей тарелке — Коллеги не дадут мне соврать, но такое происходит сплошь и рядом. — Спортивные журналисты зашептались и закивали — И уж тем более всем нам памятны случаи, когда победа или проигрыш любимой команды приводили к погромам на улицах. Вы же не станете обвинять футболистов или игру в целом в том, что кучка неадекватных людей стремится удовлетворить свои наклонности, выплеснуть злобу, или наоборот не контролируемую радость.
— Вы правы — один из спортивных журналистов встал — такое происходит, но говорить о том, что суть всех игр насилие это перебор.
— Разве? — брови Сэма поднялись — Тогда давайте не о футболе. Давайте поговорим о шахматах. Что происходит там во время партии? Разве не рубят фигуры? Не убирают их с доски, убивая пешки? — Он засмеялся — Я догадываюсь, что мои слова легко будут выдернуты вами из общего контекста, но все же продолжу. Дети ломают игрушки еще не научившись ходить, не потому что они погрязли в насилии, а потому что не понимают механику игры. Конечно, то, что произошло, не должно было произойти, мы не так все планировали. Да на Сцилле убийство это норма, но убийство там загнанно нами в определенные рамки. К сожалению, мы не предусмотрели такой возможности. Должны были предусмотреть, но не предусмотрели. Это наша вина и мы ее с себя не снимаем. — Он обвел взглядом собравшихся — Однако подумайте над тем, что там произошло, — он взял в руки пульт от проектора — Посмотрите — он запустил видео, и остановило его на моменте, когда взорвавшаяся дымовая шашка заволокла все туманом. — Что произойдет сейчас? Если те, кто впоследствии устроят казнь, начнут сейчас стрелять и так же перебьют всех? У вас возникнут вопросы? Нет, не думаю.
— Так в том то и дело что произошло совсем другое. Если бы не эта отвратительная сцена, нас бы здесь сейчас не было. — Алекс Закири, обозреватель «Мира Он-Лайн» кровожадно улыбнулся.