— Ты, твою мать, экспериментатор за чужой счет жить привык и сейчас меня отправляешь, черт его знает куда. А если я пройду, и служба безопасности меня увидит, что тогда будет? — пока Ком высказывал сомнения, ноги его сами несли к тому месту, о котором говорил Лешич. Ему было, интересно учитывая, что ни о каком барьере он не слышал.
Продвигаясь маленькими шагами вперед, он дал себе слово, что когда выйдет из игры обязательно почитает новости на форумах и прочих ресурсах.
— Ну, — пройдя метров двадцать, Ком остановился, — и где твой барьер?
— Сняли что ли? — Лешич спрыгнул с машины и уверенной бодрой походкой направился к Кому. Не дойдя до снайпера метров десять, он вскрикнул и потер лоб. — Вот он, барьер! Ты через него прошел! И как там на той стороне.
— Да так же, — Ком вернулся, его слегка мутило. — Все, убедился, что я могу пройти, можем домой ехать.
— Поехали! — Лешич пожал плечами. — Но дай мне слово, что мы сюда еще вернемся.
— Посмотрим.
Всю дорогу назад они молчали, Ком вылез из машины, с трудом держась на ногах. Лешич сказал что-то, о том, что попробует узнать подробности, но Ком его не слушал, он нажал кнопку выхода прямо посреди перегруженного рынка.
Жалобно мяукая, Хвост из-под стола смотрела как ее хозяин, сорвав шлем и упав на четвереньки, поливает пол остатками завтрака. Когда его закончило рвать, и он обессиливший упал на пол рядом с желтоватой мерзко пахнущей лужей, она медленно подошла к нему и, лизнув холодную руку, свернулась калачиком у его живота. Она мурчала, всеми силами пытаясь облегчить его боль. Она чувствовала, как часто бьется его сердце, как сжимается его желудок и мурчала все сильнее. Наконец спазмы в животе прекратились, тяжелая, холодная рука человека легла на нее и крепко прижала к себе. Хвост довольно мяукнула и, прижавшись к хозяину, уснула.
Глава 14
Лис пребывал в состоянии крайней ярости, огромными шагами он ходил по собственному кабинету, и нещадно потея, отчитывал сидящего перед ним человека. Тот же напротив, был абсолютно спокоен.
Пропускать мимо ушей всю ругань, и ярость нанимателей давно вошло в его привычку. Он знал, что только он один может принимать правильные решения, но часто действовать приходилось в очень узких рамках закона и желания клиентов. Лис был несколько больше чем клиент, он был для Андрея тем человеком, который может вытащить его из вечной бедности и сделать так, что больше никогда не придется работать. Но пока это все было не больше чем слова, действий было маловато и как не жаль, но в этот раз он Андрея зависело далеко не все. В этот раз он целиком и полностью зависел от желания Лиса, даже если те попахивали сущим бредом.
Лис замер, в очередной раз, вытерев раскрасневшееся, круглое, словно помидор лицо платком, глубоко вздохнул, стараясь обрести спокойствие, и снова не сдержался. Его толстые губы искривились и выплюнули поток брани перемешанной со слюной. Андрей остался спокоен, хотя за некоторые из сказанных жирдяем слов он бы свернул ему шею, но до этого еще дойдет. Он верил, что все образуется и когда-нибудь после удачного завершения всего предприятия он припомнит Лису все то, что тот ему говорил. Слабая, едва заметная улыбка тронула его губы.
— Чего ты лыбишься? — вновь не сдержался Лис. — Как ты мог ее потерять? Как? — он закричал.
— Для начала успокойтесь и возьмите себя в руки, а когда у вас это получится, мы сможем серьезно и обстоятельно поговорить о том, что я потерял и о том, чем мы на сегодняшний день владеем.
— Ты будешь меня учить? — Лис побагровел. — В моем кабинете? Ты? — Он навис над Андреем. — Ты грязь и мразь, где бы ты был, если бы я тебя не подобрал — не контролируя себя, он схватил Андрея за грудки. Мгновение спустя резкая боль пронзила его живот, а еще через миг мокрое от порта лицо его зарылось в кожу дивана. Заломив Лису руку, Андрей присел на толстое его тело и, наклонившись к покрытому стриженными седеющими волосками уху, спокойно, но веско произнес.
— Я терплю тебя лишь только потому, что ты знаешь, как сделать меня богатым и если ты не уймешься, я найду другого, кто сможет сделать то же самое. В конце концов, у меня есть почти все, чтобы получить миллиард. Напомню, это есть у меня! Ты сам мне это дал! А что есть у тебя, кроме твоих амбиций? Ты можешь засунуть их себе в толстую свою задницу, хотя это будет и не так просто. — Он усмехнулся. — Сейчас я тебя отпущу, и ты спокойно посидишь здесь несколько минут, а я пока покурю. Когда я докурю, мы продолжим этот разговор, но несколько в другом тоне. И, да, не забывай в чьем кармане сейчас лежит пистолет. Ты все понял? — Андрей чуть приподнял заломанную руку Лиса, тот ойкнул и сдавленно кивнул. — Прекрасно! Тогда приходи в себя.