Сэм замолчал, отошел в сторону и сев на стул включил видео.
Отряд медленно продвигался о пещере, огоньки фонариков мельтешили, выхватывая из темноты камни и обросшие мхом сталактиты. Тестеры не прятались, не таились и хоть и шли с оружием в руках, но больше напоминали группу подростков играющих в войну, чем хорошо обученную команду. Они не молчали, в радио постоянно звучали шутки и смешки, они потешались над спотыкающимися, и над теми, кто ударялся головами. Они с интересом оглядывали углубления в скалах и глубокие провалы естественных колодцев. Наконец узкий коридор расширился, и группа вышла на площадку, с которой вели три ветки, одна спускалась вниз, вторая напротив поднималась чуть выше и, огибая подземное озеро, уходила направо. Третий путь шел прямо, снова превращаясь в узкий темный коридор.
То, что произошло дальше, Сэм видеть не хотел. Он закрыл глаза и отвернулся. Пока группа тестеров совещалась, принимая решение, какой коридор обследовать первым, один из них отошел, поднялся на небольшой уступ и, подобрав камень, кинул его в озеро. Командир отряда окликнул отошедшего, но было поздно. Во внезапно наступившей тишине было слышно, как в озеро падают капли. Кто-то крикнул «там». Свет десятка фонариков метнулся к озеру и выхватил из темноты прячущееся за камнем существо, отдаленно напоминающее кошку с рыбой в зубах. Почти прозрачная рыба еще билась в его пасти стараясь укусить его длинными зубами. Кинувший камень солдат присел на колено и поманил к себе существо, оно никак не отреагировало, лишь отодвинулось на маленький шажок. Солдат спрыгнул вниз и, закинув за спину автомат, протянул руку, словно пытался, что-то ему дать. Он не видел ничего под своими ногами, не видел, как от стены за ним отделилось нечто темное. Он сидел на колене, согнувшись и протягивал руку к маленькому похожему на котенка существу. Котенок подпрыгнул, выпустил рыбу и удрал, человек медленно выпрямился и.. неестественно прогнулся назад. Грудь его напряглась и взорвалась, изнутри окатив камни фонтаном крови.
Дальше начался ад. Отряд открыл сумасшедший огонь, стреляя во что-то, что убивало их одного за другим. Кто атаковал их и откуда, на видео было не понятно. Отряд погиб за пару минут, но тот, чьими глазами зрители видели происходящее, выжил, он в панике бросился в нижний коридор.
Он бежал, поминутно оглядываясь пока не уткнулся во что-то большое и темное. Свет фонарика лишь на мгновение выхватил из темноты два огромных красных глаза. Существо больше походящее на средневековое изображение смерти в порванном саване мгновение смотрело на него, затем камера погасла.
— Это все, что удалось нам заснять. — Не поднимаясь, произнес Сэм — Мы опросили участвовавших в операции тестеров, но никто из них не может ничего нам рассказать, кроме того, что кто-то атаковал их и действовал быстро и решительно. Пара из них клянется, что наши художники пересмотрели на ночь плохих ужастиков и нарисовали каких-то неестественных зомби, но вся беда в том, что ни этого — Сэм вызвал на экран изображение котенка с рыбой в зубах, — ни тем более этого — на экране появилось существо с красными глазами, в развивающемся саване — никто не рисовал. Пока мне больше нечего вам сказать и дальше продолжит Лазарь.
— День добрый — Лазарь взбежал на кафедру. Его настроение разительно отличалось от того в каком пребывал Сэм. — Я не буду представляться, вы и так меня знаете. Сэм, верно, сказал, мы не рисовали ничего подобного, все концепты доступны в разосланных вам файлах. И все же, кто-то или что-то уничтожило этот отряд, равно как и посланный следом и еще один. Мы пытались достать его и ботами и живыми людьми, мы пытались хотя бы поймать его изображения в камеры, но видимо оно обучается, и у нас ничего не вышло. Нам до сих пор не известно кто или что это.
— И в этом причина твоей радости? — Герхард ронял слова словно камни.
— Нет, господин директор. У меня, безусловно, есть повод для радости, но он заключается отнюдь не в том, что мы теряем людей. Кстати, хочу заметить, что хотя тестеры и погибли все как один, и никто из них не может нам ничего толком рассказать кроме того что это было быстро и больно, но никто из них сейчас не находится в психушке. Со всеми живыми людьми все хорошо. Теперь же почему у меня есть повод для радости. Мы действительно не рисовали подобную тварь и мы не знаем откуда она взялась, но мы приложили массу усилий чтобы мир Сциллы был поистине живой и кажется сами не зная того сделали больше чем могли и должны были бы сделать. Это существо и то, что происходит за барьером, доказывает нам, что эволюция программ управляющих Сциллой привело к тому, что они начали обучаться. И там, за барьером идет настоящая жизнь. Мир стал самостоятелен, без вторжения человека, без ограничений, существа эволюционируют, как могут. Они цепляются за жизнь! И мы можем проследить, как это происходило, когда земля была молода и жизнь на ней неопытна, нова и неестественна. Единственное, что поистине огорчает меня, это то, что мы не можем контролировать этот процесс.