— Я знаю, — Натали опустилась перед ним на колени. — Я знаю, — она обняла его. — Я знаю,— ее теплые губы прижались к его щеке.
Он обнял ее в ответ и, растворившись в запахе ее духов, обрел покой.
Глава 19
Толстые пальцы Лиса барабанили по экрану телефона, пробуждая его к жизни и вновь заставляя засыпать. Весть о смерти Лазаря ввергла его если не в шок, то в состояние весьма близкое к этому. Из плана, из его великолепного, продуманного до мелочей плана, выбыла ключевая единица, и теперь ему приходилось быстро, пока никто ничего не изменил и уж тем более не отменил, придумывать новый план. И план этот должен был быть не менее блестящим, хотя до мелочей продумать его времени нет. Толстые пальцы Лиса оплели телефон, зацепили его, потянули вверх, но разжались и телефон послушно лег на место. Лис почесал затылок, выключил монитор, и откинулся в кресле.
Мысли не складывались в стройный ряд, каждый раз возвращая его к единственному вопросу, что волновал его: «зачем?». Зачем Мельнику понадобилось вытаскивать на свет то единственное оружие, что могло привести их к победе? Зачем надо было с ним идти на ничего не значащий почти мертвый клан? Как можно было умудриться, им проиграть? И последний, но самый важный вопрос: зачем он убил Лазаря? В том, что это сделал именно Мельник, Лис не сомневался. Он снова поднял телефон, покрутил его в руках и снова положил на место и толстые пальцы его вновь застучали по стеклу, пробуждая телефон к жизни и вновь заставляя его засыпать.
Собравший срочное совещание Герхард был мрачен и не многословен. Он коротко распорядился выплатить родственникам Лазаря зарплату за полгода и полностью оплатить похороны. Затем сел в кресло и закрыв глаза, едва слышно произнес:
— Как заверил меня Сэм, Лазарь сколотил прекрасную команду и, зная о плачевном состоянии своего здоровья, вел постоянные записи. Его заместитель в курсе всего, что было сделано и всего что еще предстояло сделать.
При этих словах Лис напрягся и подался вперед. Если заместитель Лазаря в курсе всего, то он может знать и о той сделки, что он, Лис, заключил с покойником. И если это так, то катастрофы не избежать, однако что-то ему подсказывало, что Лазарь дураком не был и о договоренности заместитель не в курсе. Впрочем, неплохо было бы знать, кто именно этот заместитель.
Прокашлявшись, он задал вопрос Герхарду. Президент корпорации, смерил его взглядом и кивнул.
— Ее зовут Настя, и прямо сейчас ее допрашивает полиция. Как только сможет, она присоединится к нам. Однако боюсь, сегодня мы не увидим ни ее, ни Сэма.
Лис откинулся в кресле и не смог сдержать улыбки, от Герхарда это не ускользнуло, но президент промолчал.
— Я понимаю, — тихо проговорил президент, — случившееся шок для всех нас, но я должен спросить у вас, — он обвел взглядом собравшийся в урезанном составе совет директоров, — у кого-то есть предложения, что делать нам дальше со Сциллой, турниром, и всей этой ситуацией в целом.
— А какие предложения могут быть, — подал голос кто-то. — Необходимо дождаться Сэма и эту девушку, заместителя Лазаря. Как там ее, Настю и тогда уже узнать у них, в какой все стадии и насколько все плохо.
— Это обязательно будет сделано, — спокойно произнес Герхард, но пальцы его нервно стучали по столу. — Я говорю о принципиальных решениях. Мы лишились человека, от которого немногим более чем полностью зависело развитие проекта. Даже не смотря на то, что идейный вдохновитель и человек, обеспечивший нам весьма приличные доходы, все еще жив. Я имею в виду Сэма. Думаю, он продолжит сыпать идеями, но я сомневаюсь, что кто-то еще кроме покойного Лазаря будет в состоянии их воплотить.
— Но ведь у него больше двухсот человек в подчинении было? — выдохнул кто-то, Герхард, словно не заметил этого вздоха.
— Двести сорок, если быть точным, — поправил говорившего Лис.
— У вас тоже не мало, — уставшим голосом сказал Герхард. — И скажите, как много рядовых сотрудников знают о делах отдела столько же, сколько и вы? Быть может это не правильно, но эффективно, каждый занимается сугубо своим делом, не представляя, чем занимается человек за соседним столом. Все эти двести сорок человек лишь винтики, да, они обеспечивают большую часть черновой работы, но знают они лишь свой узкий участок и ничего больше, — он усмехнулся. — Не верите мне, попробуйте сказать, чем занимается, скажем, наш Виктор Лис?
Никто не ответил.
— Вот то-то, — Герхард закрыл лицо руками. — На сегодня это все. Прошу вас не покидать города в ближайшие несколько дней, нам предстоит еще не одно совещание. А сейчас, все. Я устал. Мне нужен отдых. Лис, задержись!