На мерцающем черно-белом экране под аккомпанемент «Валькирий» гусиным шагом пробирался через лес Элмер Фудд – охотник из мультика о кролике Багз Банни. Хлыст обернулся. У него были блестящие глаза и густая борода; рот расплылся в приятной улыбке. Подпевая, он неплохим басом вывел крещендо.
В памяти Тима всплыла громадная фигура Кейнера, когда они встретились с ним на дороге в Малибу. Тим до сих пор не мог забыть впечатление, которое производили одни лишь размеры этого человека. Уж насколько массивным оказался Хлыст, но Кейнер все равно был выше сантиметров на десять и тяжелее килограммов на двадцать.
– Не против, если я выключу телевизор? – проревел Медведь.
– Что?
– Не против, если я выключу телевизор?
– Что?
Так повторилось несколько раз, пока Медведь не подкрепил свои слова жестом. Звук убавился, и началось приятное знакомство. Хозяин принялся крепко жать и отчаянно трясти руки пришедших. От такого приветствия у Тима заболел локоть. Хлыст, казалось, был нисколько не удивлен их приходом, даже, наоборот, искренне им обрадовался.
На правом бицепсе Хлыста Тим заметил блестящий круглый шрам. Подрагивающая челюсть и беспокойные пальцы выдавали в нем злостного потребителя метамфетамина. На его правой грудной мышце при каждом ударе сердца трепетала тонкая полоска кожи размером с монету.
Ранки и шрамы украшали его локти, запястья, кожу между пальцами. Продолжая разминаться, Хлыст не давал Медведю договорить ни одной фразы:
– Как мы поняли, раньше вы были членом клуба «Смеющ…»
– Семь лет полного беспредела под их «цветами».
– Мы хотели бы задать несколько…
– Нет проблем, дружище. Вы же платите? За информацию? За определенную цену я, так и быть, что-нибудь вам расскажу. Такие нынче времена, друзья, такие времена…
Для начала Медведь скормил Хлысту двадцатник на смазку для колес, сделав так, чтобы следующей из кошелька показалась сотня. Через мгновение купюра уже лежала в шкафу у Хлыста, а сам он надевал лайкровую борцовскую рубашку, подпрыгивая на одной ноге.
– Почему тебя выгнали из клуба? – спросил Медведь.
– Были проблемы с наркотиками. – Хлыст отдернул занавеску и впустил в комнату свежий воздух. – Извините за стойкий запах, ребята. Наелся фаршированных блинчиков, так всю ночь газы преследуют.
– Клубу разве не наплевать, принимаешь ты наркоту или нет? – спросил Медведь.
Пальцы Хлыста пробежались по ткани, поправляя одежду.
– Приверженность игле гораздо сильнее, чем приверженность клубу. Продавать было можно, самому трогать – нет. Приходилось довольно долго ездить рядом с соблазном в седельной сумке. Мне никогда не нравилось выражение «сила воли». Такие вот дела, друзья мои, такие дела.
Геррера заметил отсутствие полоски кожи над «цветами».
– Бродяги срезали слово «грешник» с твоей спины?
– Да. Стерли железной щеткой. Спасибо, что не воспользовались ножом – тогда б я точно помер от заражения крови. – Хлыст обхватил свой бицепс и показывал круглый шрам, будто выставляя его на продажу. – Вот, прижгли горячей ложкой знак однопроцентника. Его мне больше всего не хватает, я на него каждый день глядел.
– Как давно это было?
– Чтобы не соврать, пару лет уж наверняка. Перед тем, как они начали громить этих латиносов. – Он глянул на Герреру. – Без обид.
Хлыст поднял к груди одно колено, потом другое, подергивая верхней губой в такт движениям.
– Дэн с Кейнером неплохие ребята. Они просто рисовались, и все. Мы все такие были, все говаривали, бывало: «Давай прикончим ублюдка». Они дали мне сделать несколько глотков виски перед тем, как наказать. Не пустили в ход ни электродрели, ни другие бытовые приборы. – Он решительно направился к двери. – Я опаздываю в одно место. Пойдемте со мной. На разговор по пути наличных хватит.
За один шаг Хлыст преодолевал две ступеньки, громогласно распевая музыкальную заставку к мультфильмам студии «Уорнер Бразерс». Им пришлось прибавить ходу, чтобы поспевать за ним. Хлыст перешел неосвещенную улицу; несколько парней засмеялись, увидев его, и закричали вслед:
– Эй, Великий Мустаро, удачи!
Хлыст дружелюбно усмехнулся, изогнув губы, и махнул на прощание рукой.
– Спасибо, ребята.
Они дошли до двустворчатой двери какого-то обветшалого спортзала. Хлыст мурлыкал свою песню.
Медведь начал:
– Послушай, ты нам нужен еще буквально на несколько…