– А где хранятся гробы после прибытия?
– Среди остальных грузов. Если гроб сразу отправляют в похоронное бюро, из морга за ним присылают катафалк или фургон.
– Мы можем получить копии документов, относящихся к перевозке трех этих тел?
– Конечно. Придется подсуетиться, но через несколько часов копии будут. Что такое?
– Через несколько часов может быть слишком поздно.
– Попытаюсь сделать быстрее.
– Спасибо тебе, Джен, от ФБР и Судебно-исполнительской службы.
Джен удивленно подала голову назад:
– Господи, ты не шутишь? Может, расскажешь все, Рэк?
Понимая, что ответственность за расследование по делу аль-Фат лежит на ФБР, Тим кивнул на Рича. Тот, сделав умильное лицо, отрицательно покачал головой.
– Извини, Джен, – сказал Тим. – Как-нибудь через месяц увидимся, пропустим по рюмочке, и обязательно все расскажу.
– Если увидимся через месяц.
44
Тим вел свой «эксплорер» вслед за «рэмом» Медведя. Рич, сидя рядом с ним, с увлеченностью подростка вертел кнопку радио. Композиция группы AC/DC, похоже, вполне его удовлетворила, он даже начал двигаться в такт музыке, потирая рукой свой тонкий подбородок.
Они выехали на Сентури Бульвар, оставляя позади суету лос-анджелесского аэропорта. Перед перекрестком Сепульведа начиналась архитектурная композиция из пятнадцати блестящих опор из стали и матированного стекла – въезд на территорию аэропорта. Опоры возвышались над землей тридцатиметровыми громадами, освещаемые изнутри разноцветными огнями. Они были аккуратно расставлены вдоль остриженных газонов проспекта – символический образ тянущейся к горизонту взлетно-посадочной полосы. Тим наблюдал, как бледно-лиловый цвет в них сменяется изумрудным. Благодаря эффекту смены цветов это творение архитектуры было прозвано местными жителями «галлюциногенным Стоунхенджем». В 2000 году мэр Риордан лично щелкнул выключателем в знак открытия комплекса. С тех пор эта композиция стоимостью сто двенадцать миллионов долларов приветствует всех прилетающих в Лос-Анджелес, а опоры воплощают свойственный Лос-Анджелесу дух расточительности и обольщения.
Дрей однажды сравнила их с полыхающими тампонами.
Тим задумчиво сморщил губы. Дрей уже третий день находилась в реанимации. Она не приходила в сознание, и угроза нормальному выздоровлению возросла. Для Тима эти три дня были почти невыносимы, он не мог представить, как сможет жить без нее.
Опоры стали ядовито-оранжевыми – цвета смога, который освещает закатное солнце, заставляя задуматься об опасности рака легких. Лицо Тима осветилось их сиянием. Эти опоры приветствовали всех – и кинозвезд, и туристов, и иммигрантов. Они встречали и провожали и высоких государственных чиновников, и дипломатов, и даже военных преступников, подлежащих экстрадиции. Они видели, как девушки въезжают в аэропорт живыми, а обратно выезжают в катафалках. Они были непреклонны и безучастны, как полицейские, как врачи, как солдаты. Равнодушные наблюдатели, стоящие вдоль важной транспортной артерии. Если бы Тим потерпел неудачу, если бы вся оперативно-тактическая группа потерпела неудачу, если бы и Рич, и Мелейн, и Смайлз потерпели неудачу, эти опоры с таким же молчаливым безразличием смотрели бы, как в город въезжают «слезы Аллаха».
Бон Скотт прекратил свое бормотание, и Рич выключил радио.
– Кто такая Дрей?
На дороге перед ними разворачивалась машина. Тим вырулил и посигналил. Рич высунулся в окно и громко выругался, потом снова сел на сиденье. Вид его стал задумчивым.
– Какое расследование сорвалось, – проговорил он.
– Да? Мог бы нас заранее предупредить, и все бы шло по плану, – ответил Тим.
Рич что-то раздраженно буркнул и стал смотреть в окно.
Они несколько минут ехали молча, колеса потряхивало по асфальту.
Наконец Тим сказал:
– Спасибо тебе.
– За что? Это ведь ты выследил «дурь».
– За Том-Тома. Ты рисковал раскрыть себя, спасая меня.
Рич смотрел, как мимо пролетают встречные машины, упирая в щеки кончик языка.
– Да уж, – пробормотал он.
45
Когда они вернулись, командный пост снова рьяно приступил к исполнению обязанностей. Минут за десять до этого Хейнс наконец связался с начальником ночной смены из управления полиции Кабо-Сан-Лукас. Этим утром группа начала расследование по делу об убийстве человека и исчезновении девушки по имени Летти Гильермо. Она останавливалась в гостинице «Коста Ройал», пребывание в которой было оплачено фирмой «Гуд Морнинг Вэкейшенс», предоставившей ей бесплатную турпутевку. Свидетель, который мягко назвал ее gordita,[15] сообщил, что видел, как она покупала у уличного торговца билет на морскую прогулку. Катер, на который она села, был впоследствии найден в маленькой бухте. Капитан катера был жестоко убит багром, а сама Летти Гильермо бесследно исчезла.