— Э… а… очень приятно. А меня Лель. Я могу попросить вас об одном одолжении?
Морская дева смерила меня взглядом и заявила:
— У тебя же хвоста нет.
Ее подружка хохотнула и поплыла прочь.
— При чем тут хвост? — растерялся я. — Мне он и не нужен, чтобы плавать.
— Тебе нет, а малькам нужен.
— Каким малькам? — недобро прищурившись, поинтересовалась Ливия.
Морская дева пожала плечами и отвернулась.
— Постой! — окликнул я ее. — Мы собираемся поплавать, не нужно нас на берег выносить, хорошо?
— Нет. Бесхвостым не место среди океанских просторов. Вами первая встречная акула позавтракает.
— Мы далеко заплывать не будем. До того барьера и назад.
— Нет. — Обдав меня брызгами, русалка в красном купальнике рванула прочь от берега.
Зло пнув ногой песок, я присел на корточки.
— Что будем делать? — спросила Леля. Попробуем еще раз?
— Соревноваться с ними в скорости мы не можем.
— Что же делать?
— Думать… думать…
— Плот, — подсказывает Дон Кихот. — До Буяна на нем плыть действительно долго, а вот до барьера, я думаю, можно добраться весьма быстро.
— Слишком сильное течение, — возразила Леля. — Не выгребем.
— Эх, жизнь моя жестянка! — воскликнул черт, вскочив на ноги. — Бросайте. Только осторожно.
Добрыне дважды повторять не пришлось. Пушистый комок с торчащими в разные стороны крыльями и трепещущим в воздушных потоках хвостом стремительно умчался к мерцающему барьеру.
Хлоп!
— Что будем делать? — спросил Добрыня Никитич.
— Ждать.
Пристроив на моих коленях свою голову, Ливия обняла меня за пояс и задремала. Рядом растянулся Рекс.
— Пройдусь. — Баба Яга побрела к ясеню-провидцу, надеясь выведать кое-какие секреты бытия. А иначе зачем бы она у Добрыни огниво просила? Леля увязалась за ней.
— Мне в другую сторону, — заявил Дон Кихот, в сопровождении былинного богатыря направившись к противоположной стороне острова.
Достав чудом уцелевший во время крушения плеер, я вставил влажные комочки наушников в уши и нажал на воспроизведение. Если честно, почти не надеясь на положительный результат.
Против ожидания индикатор питания моргнул, и диск зашелестел, набирая обороты. После первых двух куплетов, спетых печально и тоскливо, зазвучали жесткие аккорды, перекрывая которые мне в уши ударил зловещий, надрывный вопль:
Трепеща полотнищами парусов, сквозь антимагический барьер начал проходить большой корабль с высокими носовыми надстройками, крутыми бортами и о трех мачтах.
При его приближении мне удалось рассмотреть черта. Он стоял у борта и радостно махал мне руками.
«Так быстро?!» — обрадовался я, подняв руку в ответном приветствии.
Стоящий на капитанском мостике человек в роскошной треуголке с белым пером и подзорной трубой, увидев мой жест, тоже махнул рукой.
Словно в ответ на его взмах на палубе корабля воцарилась оживленная суета.
Обвисли приспущенные паруса; сверкнув в солнечных лучах широкими лапами, ушел в воду якорь. Медленно повернувшись, корабль стал к берегу бортом, продемонстрировал два ряда хищных пушечных жерл.
Белесое облако возникло возле одного из них.
Грохот выстрела пробился даже сквозь ревущую в наушниках музыку, скомкав радостное предчувствие грядущих перемен в лучшую сторону и швырнув его под копыта коней жестокой действительности.
В месте падения ядра взметнулся фонтан.
Вскочила на ноги перепуганная Ливия. Оскалился Рекс, вперив в корабль наливающийся кровавой мутью взор.
Не успели волны поглотить расходящиеся от падения ядра круги, как над кораблем взметнулось черное полотнище флага, украшенного парой скрещенных костей и зловеще скалящих свои белоснежные зубы черепов.
Я только и сумел выдавить из себя:
— Пираты.
Ну, черт… ну, удружил…
— Карамба! — донеслось с капитанского мостика, и на волны опустилась шлюпка, в которую тотчас посыпались устрашающего вида пираты. Или корсары. А может, и флибустьеры. Мне как-то недосуг было интересоваться у их капитана наличием королевского патента на промысел. Да и разницы лично для меня никакой. Большее значение имеет вопрос, каким макаром они здесь оказались… Нет, то, что к острову их привел черт, слишком прямолинейно подойдя к заданию доставить первый попавшийся корабль, это и не напрягая извилины можно понять, а вот как они оказались в этом времени…