Оттолкнувшись веслами от нависающего над шлюпкой корабельного борта, джентльмены удачи опустили их в воду и приналегли, стремясь достичь берега как можно быстрее. Зажатые в руках абордажной команды сабли, топоры и прочее колюще-режущее оружие не оставляли сомнений в их отнюдь не миролюбивых намерениях. Про рожи промолчу… на них порок не просто оставил отметку, он там же и размашисто расписался.
— Раз, два… семь, восемь, — сосчитал я пиратов, находящихся к шлюпке, раздумывая, не попытаться ли поговорить для начала, а уж потом пускать в ход меч-кладенец.
— Что ты собираешься делать? — спросила Ливия.
Рекс недвусмысленно рыкнул, потрясая рогами и взрыхляя копытом песок.
Да, уж… видимо, черт не успел сообщить капитану этого пиратского корабля о бойцовских качествах моего оленя. Иначе отправка на остров всего восьми головорезов просто оскорбительна.
— Ливия, дорогая, сходи, пожалуйста, за остальными.
— Но…
— Не спорь.
— Хорошо, — согласилась она. — Только не рискуй понапрасну.
— Ну что ты, — заверил ее я, — разве за Рексом успеешь? Мне только и придется что складывать бесчувственные тела в кучу.
— Я быстро, — заверила меня жена, легкой ланью устремляясь в глубь острова.
К этому времени пираты преодолели две трети пути и, рассмотрев оружие в моих руках, разразились угрозами и проклятиями. Вульгарными и свидетельствовавшими о полном отсутствии воображения.
Не снисходя до ответа на эту похабщину, я почесал Рекса между рогами и закинул кладенец на плечо. Удерживать его на весу весьма сложно. Он же не вязальная спица и даже не рапира. Хотя здесь скорее всего дело не в нем, а во мне… комплекцией на богатыря я не тяну. Оставшаяся на затонувшем Летучем Корабле катана здесь больше бы подошла.
С треском проломившись сквозь кусты, на берег вывалился Дон Кихот, потерявший во время кораблекрушения не только любимый шлагбаум, который он отчего-то величал рыцарским копьем, но и меч, и поэтому вооруженный парой столовых ножей, единственная реальная опасность которых заключена в налипших на лезвие кусочках успевшей испортиться на солнце еды, а потому могущих вызвать заражение крови. Если, конечно, удастся прорезать этим столовым прибором кожу. Ну… при известной доле везения… все может быть.
— Берегитесь, разбойники! — воскликнул благородный идальго Ламанчский, поднимаясь с песка.
Десантная шлюпка коснулась килем дна, и пираты поспешно попрыгали в воду. Два гребца, оставшиеся в ней, погнали ее обратно к судну.
Итого, шесть противников на нас троих. Негусто…
Пока я осторожничал, не желая напороться на острое лезвие, закованный в сталь рыцарь стремительно бросился вперед. Опередив даже Рекса, растерявшегося от такой прыти.
Пираты попытались разойтись полукругом, чтобы иметь побольше пространства для маневра, но не успели. Дон Кихот, увязнув в мокром песке, споткнулся и рухнул ничком. Двоим пиратам, находившимся в непосредственной близости от него, не повезло. Будучи по колено в воде и по щиколотку в песке, они не успели отскочить в сторону и были сбиты с ног упавшим идальго.
Их крики послужили сигналом к общей схватке.
Взревел распластавшийся в воздухе Рекс, нацеливший свои рога во вражескую грудь. Сверкнули в солнечных лучах кривые клинки сабель. Свистнул посланный мною в бой меч-кладенец. Зазвенела от удара о рога сталь, взвыл опрокинутый пират. Едва удержав в руках рукоять меча, я с удивлением отметил его убойную силу. Вставший на пути кладенца пират с удивлением посмотрел на обломок своей сабли, которой пытался парировать удар моего меча, и, распавшись на уровне пояса на две части, окрасил океанские волны в красный цвет.
Повторно подняв меч-кладенец, я обнаружил, что бой, собственно, окончен.
Попавшие под Дон Кихота пираты, наглотавшиеся воды во время его попыток подняться на ноги, притихли и активных признаков жизни не подавали. Довольно юный еще головорез, видимо, по неосторожности угодивший под удар кладенца, разделившего его приятеля пополам, теперь прыгал на одной ноге, одновременно пытаясь выловить из воды вторую и набросить на культю ремень.
Познакомившаяся с рогами и клыками Рекса парочка пыталась побить мировой рекорд по плаванию с препятствиями, вставшими на их пути в виде пары весьма старательных спасительниц в красном.