Так… А где же мы тут спать с Лёхой будем? Кровать с подушечками оставшаяся от бабушки мне что-то не особо нравится. А диван один стоит и тоже не особо двуспальный… Мебель вся древняя, но я от такой отвык уже… А может и не привыкал никогда к такой. В моём прошлом детстве в нашей семье такого монструоза не было. А тут все шкафы — музейные раритеты…
Звонок в дверь оторвал меня от созерцания всего этого музейного дизайна…
Открывать первым отправился Лёшка. А я вышел так… Посмотреть…
В распахнутую дверь вошла на своих ногах Анечка… Правда, судя по излишне прямой спинке, корсет на ней всё же надет. За её спиной стояла Елена Николаевна и улыбалась.
— Саша! — сказала она, глядя мне прямо в глаза. — Спасибо тебе огромное! Мне рассказали, что это именно с твоей помощью Аню вывели из комы. Я не знаю, чудо это или нет… Но…
Она не договорила, просто обняла меня и прижала к себе. А я стоял, как дурак. Ну а что я мог сделать ещё? Одна рука в гипсе, а другая забинтована…
Когда она меня отпустила, то моей шеей завладели совсем другие руки. Анечка притянула к себе мою голову и поцеловала меня в губы… Прямо при всех… Даже в присутствии своей мамы…
А я стоял, как дурак… Что я могу сделать?
Глава двадцать вторая
Новые горизонты и старые проблемы
Москва. Улица Чкалова.
К вечеру всё устаканилось. Оказалось, что Аня тоже будет жить в комнате с девочками. Только вот спать первое время она будет исключительно на полу. Так доктор прописал. Хотя, конечно, рекомендация врачей была: Спать на твёрдой поверхности. Но кроватей с такими условиями не нашлось. Поэтому на пол был постелен тонкий матрасик, а потом уже на него должна была ложиться спать Аня. Причём даже без подушки. В больнице ей в очередной раз был сделан рентген. Что он там показал, я уж не знаю, но рекомендации пока остались прежние. Сидеть нельзя, носить корсет и спать на жёстком.
Лично мне только завтра предстоял поход к врачу. А сегодня вечеров был новый аттракцион: Как помыть «слона»? Ну, в смысле, меня, конечно же, а не одного только слоника. Учитывая то, что сам я пока был не в состоянии этого сделать, то был вынужден воспользоваться посторонней помощью. Помощь Ани я отверг по причине того, что ей самой нужна будет помощь в ванной комнате. Маринке отказал по этическим причинам. А ещё предложил ей помыть Анечку, если уж у неё возникло такое желание кого-то помыть. Лена свою помощь не предлагала. Выручил брат Лёшка. Я стоял, задрав обе руки вверх, чтобы не замочить гипс и бинт, а он намыливал меня мочалкой и смывал из душа. Отстрелялись, в общем-то быстро.
А потом ванну заняли девчонки довольно-таки надолго. Я даже успел немного задремать, глядя на то, как Лёха компактно укладывает мои швейные принадлежности. Он, кстати, заодно, прижав палец к губам, показал мне РД с наганами и патронами внутри… Всё это он убрал поглубже под рулоны с тканями… А я ещё подумал: Ну, ни хрена ж себе… Не забыли Лёшка с Маринкой про наш арсенал. Сообразили даже с собой привезти. Рискованно это было, конечно, но ведь получилось же…
А потом майор Васин собрал нас всех на большой кухне за одним столом. Елена Николаевна налила всем чаю. В хрустальной вазочке лежали печенье и конфеты. Сам Игорь чай с нами не пил. Он сидел у открытой балконной двери и внимательно нас разглядывал. Можно подумать, что видел нас в первый раз.
Мы сидели и пили чай. И лишь только Ане пришлось пить чай стоя, поскольку сидеть ей доктор запретил.
А мне по поведению нашего куратора, уже стало ясно, что в очередной раз что-то затевается. Знать бы только что именно, и чем нам всем это всё грозит.
Наконец-то чай был допит, печеньки съедены, а уши готовы воспринимать новую информацию.
— Группа! Внимание сюда! Судя по недоуменным взглядам некоторых членов команды… — Васин посмотрел на меня. — Кое-кто не понимает что произошло…
— Если кто-то понимает, что произошло, поднимите руку!
Перебив куратора, я сделал паузу, а потом продолжил:
— Что-то я не вижу поднятых рук, Игорь Анатольевич…