Не было рыданий и даже всхлипываний. Я плакала молча, обхватив себя руками и до боли стиснув кулаки.
На душе стало легче не скоро. Точно глубоко больная, как в детстве, спустилась на пол и, шлепая босыми ногами, поплелась в ванную. Пояс халата и длинный подол волочились следом, как шлейф. Умывая лицо, я уже ощущала умиротворенность и сильное облегчение. Надо жить дальше, боль останется, это неизбежно, только нельзя на ней зацикливаться. Пострадала и будет, надо попытаться жить дальше, и если не забыть, то как-нибудь спрятать, задвинуть ужас дня в дальний уголок памяти.
Еще раз прочла стихи, просто в визорах, без эффектов голоэкрана - слишком уж сильно подействовали странные строчки. Снова не поняла, что мне хочет сказать незнакомец. Что он военный, рискует жизнью и работа у него опасная, это уже из прошлых писем понятно было. Мне нечего было ему сказать, и отвечать не стала.
Только засыпая, свернувшись калачиком под одеялом, я вдруг поняла и даже подпрыгнула на кровати, снова включая свет и садясь, опираясь на подушки.
Схватила визоры и прочла в третий раз, представляя себе, как незнакомец находит именно этот стих, как отсылает его мне. Ну конечно, больше всего это похоже на прощание! То есть, всё?
Больше не будет писем и признаний? Я чувствовала, как усиленно бьется сердце. Но почему вот так внезапно? И именно тогда, когда особенно одиноко, когда нет достаточно близких друзей, личной жизни, и самого главного - нет любви. А есть ли на свете эта настоящая любовь? С чего я считаю, что это не сказки, разве после сегодняшнего могли у меня оставаться хоть какие-то иллюзии?
И поняла - могли! И остались! Вера в любовь и в то, что я ее все же встречу, вернулась именно благодаря незнакомцу. А ведь он мне даже слова простого не сказал. Только эти стихи…
Поспешно активировав виртуальную клавиатуру, стала старательно писать ответ:
'Прошу вас, кто бы вы ни были, не надо со мной прощаться. Очень прошу. Только не сейчас. Мне стали дороги ваши письма, я жду их, жду того, что они делают со мной, хоть и не понимаю, что именно. Не знаю, отчего я хочу написать вам так откровенно, может оттого, что больше некому. Лучший друг остался на Земле, а нового я не завела.
Как бы я хотела вас увидеть! Узнать ваше имя! Взглянуть в ваши глаза. Как бы я хотела, чтобы вы были рядом со мной сегодня, несколько часов назад. Ведь, если всё, что вы сказали о себе, правда, то вы смогли бы меня спасти. Мне кажется, вы очень смелый и бесстрашный, а я такая трусиха.
Простите, вам наверное не понять, о чем я толкую. Произошел несчастный случай, да, иначе и не назвать. Если честно, все закончилось хорошо, по крайней мере - для меня. Впрочем, не уверена, что те двое заслужили такую страшную участь, и мне стыдно, что я рада их смерти. Да, никому, кроме вас не смогла бы этого сказать.
Почему? Почему я вам так доверяю? Неужели я совсем наивна, и совершаю очередную глупость в жизни? Или есть в этом мудрость - довериться своей интуиции? Я не знаю. Я просто доверилась, сделала выбор, если угодно. Ваше послание заставило плакать, но это даже хорошо, лучше, чем было до него, когда внутри словно всё закаменело.
Как же мне вас называть? Я не могу так - без имени, поверьте! Мне надо обращаться к вам, знать, что вы личность, а не кто-то абстрактный. Не робот, не вирус в сети, а настоящий, живой, с бьющимся сердцем. Умный?
Сумбурно, но перечитывать не хочу, не могу просто. Давайте дружить? Ди'
Всё! Ушло! Эх, и что на меня вдруг нашло? Не совершила ли я ошибку? Да ну все эти заморочки. Наплевать! Что сделано, то сделано, вот только уже началось ожидание ответа. Не слишком ли рано?
Я лежала с закрытыми глазами, ощущая подкрадывающийся сон, и улыбалась. Просто так, потому что дышу, потому что живу, не умерла, не стала едой для чудовища, и еще потому, что появилась надежда, словно кто-то хороший меня очень любит…
- Ай!
Шесть утра! Мало того, что разбудили не свет не заря, так еще доставили прямо ко мне в спальню горилообразного доктора, который, похоже, решил довершить дело Камаля - того и гляди голову открутит.
- Ну-ну, расслабься, Диана!
- Как можно расслабиться, если вы велели мне полностью раздеться? А теперь еще… Ой-ой!
- Да, велел. А ты не послушалась! Вдохни полной грудью, еще, еще, еще. Стоп! Не дыша-а-ать! Вот так замри! Да!
Хрясь! Что-то в очередной раз хрустнуло в шее. Подумать только, это наглый доктор намекает, что я не сняла трусики? Иначе как понять фразу, что я не послушалась команды 'раздеться полностью!'. Впрочем, препиралась я только для виду, да чтобы отчасти скрыть смущение. Вик, приславший мне в такую рань местного костоправа, был абсолютно прав. Доктор подтвердил, что с позвоночником в шейном отделе у меня не всё в порядке и теперь заставлял принимать самые странные позы и вытворял непонятные мне рывки и крутки моей бедной головы, отчего в разных отделах моей многострадальной шеи вот уже сорок минут беспрестанно что-то щелкало и хрустело.
- Ох!
- Всё, расслабься, перевернись. Руки вдоль тела! И - потерпи, массаж нам тут просто жизненно необходим, зато потом летать будешь.
Ого! Потерпи! Я стонала, едва удерживаясь от крика - больно-то как! Я всегда считала, что массаж - это удовольствие, а тут…
- Вот и всё! - доктор выпрямился и велел: - Ну-ка встань. Не тошнит? Голова не кружится? Хорошо! Нигде не болит? Поверни голову вправо - плавно, до конца. Вот так. А в другую сторону? Не больно? Дискомфорта нет? Наклони вперед! Ага, ну вот и все. Можно повторить через месяц. Не сутулься. Очень хорошо, девочка! И впрямь красавица! Викинг был абсолютно прав!
Обалдев от такой беспардонности, я схватила халатик, быстро закутываясь в него.
- Эй-эй! - Запротестовал костоправ, - никаких резких движений сразу после сеанса. Да и вообще - старайтесь избегать подобных телодвижений. Даже в сексе необходимо быть осторожным, когда… Парень-то у тебя есть?
- Нет! То есть - это не ваше дело! Ванная там! Прямо за вашей спиной.
Костоправ хмыкнул и, качая головой, направился к ванной комнате.
Пока он мыл руки, я быстро натянула футболку и шорты, так как хотела попросить в цивильном виде еще об одном одолжении.
- Док! Ой. Алексей Алексеич, я хотела…
- Лучше зовите - Док, как все, иначе я ощущаю себя стариком.
- Хорошо. У вас нет какой-нибудь мази или еще что-то такого, чтобы замазать синяки на шее? Ну, замаскировать…
Худощавый жилистый доктор ростом под два метра, с непропорционально длинными мускулистыми руками и почти полностью седой головой, посмотрел сверху вниз с жалостью:
- Ты так трогательно просишь, я пожалел даже, что давненько не пользую богатеев, а следовательно, уже лет пять не слышал просьб о подобной маскировке. Мой тебе совет - не выдумывай. В крайнем случае, надень свитерок с высоким горлом и все дела. Подумаешь, пара царапин…
- Спасибо. Но… Вик говорил, что вы лучший доктор-костоправ на Прерии?
- Хм, почти правда. Только в Белом городе, к примеру, где населения раз в десять меньше, чем в остальном окружающем пространстве, практикует с десяток докторов разных профилей, среди которых есть и мой коллега-костоправ. Вот он хуже, а за остальных не поручусь, ибо даже не знаю, есть они на Прерии, или нет.
Однако! Чуть огорченная, я по визорам вызвала Рысь, которая тут же примчалась и ласково уговорила доктора позавтракать наверху - с ней и Виком, и ещё парочкой приятнейших людей.
- Кстати, обратись к нему, - крикнул эскулап, утягиваемый моим личным пилотом, - наверняка он снабжает нежную верхушку подобными штуками…
Оставшись одна, я еще минут пять с огорчением рассматривала синяки, некрасивыми пятнами напоминающими о самых жутких мгновениях вчерашнего дня. И как мне на людях показаться. Даже перед своей командой не хотелось так появляться, а уж перед чужими. Да, конечно можно обычный маскировочный крем использовать, да вот только не нуждалась я никогда в подобных вещах и запаса не захватила с Земли. Был маленький тюбик простого тоника в наборном саквояже с косметикой, но смотрелся он грубо, особенно наложенный толстым слоем, а что с ним станет от местной жары, вообще думать не хотелось. То же самое со свитерками, о которых так любезно подумал Док. Ну кто в такую жару станет носить одежду с закрытым горлом, когда больше всего хочется наоборот - раздеться…