Княгиня Елена тяжело опустила голову. Из-под ее густых, темно-вороных ресниц выступили крупные слезы отчаяния, стыда и разочарования. Женщина закрыла лицо руками и низко опустила голову. Худенькие плечи княгини судорожно задрожали в безутешном плаче, она сжалась в хрупкий комочек, всем своим поведением требуя к себе снисхождения. Но ее грозный муж был непреклонен в собственном праведном гневе.
-И чем же твой вражий брат аргументировал свой преступный замысел?
-Миша, Андрей сказал, что царь наш нынешний Иоанн Васильевич – ненастоящий….
-Что???
-Послушай меня…. Ты только не перебивай, а то и я собьюсь…. Ты знаешь, что Андрей наш, как сын московского воеводы, все время рос вместе с сыном великого князя Василия. Он знает все привычки детские Иоанна Васильевича, его манеры, все приметные места на теле царевича…. А теперь брат клянется, что после возвращения Государя из поездки по монастырям, в Москве воцарился чужой человек, самозванец… Но и это еще не все. Чужак, что захватил царский престол – это не человек… Совсем не человек… Это посланник ОТТУДА…
Елена Михайловна подняла было палец вверх, желая указать на иномирное происхождение ныне царствующей особы, но, передумав, опустила перст вниз, указуя им, как я понял, на подземную огненную геенну.
Князь Прозоровский уже больше не размахивал своими огромными ручищами. Теперь он стоял перед женой неподвижно, внимая каждому произнесенному ею слову. А та, словно ожидая благосклонности слушателя, с готовностью принялась пересказывать мужу недавно произошедшие событиях при царском дворе:
-Андрей пишет, что в березне месяце 7061 лета[ii] Государь Иоанн Васильевич сильно заболел. Брат утверждает, что произошло это в третий день Великого поста, в среду 1 березня – именно в день, когда памятуют о предании Христа Иудой. Тем самым Андрей особо подчеркивает, что царя отравили. Бедняга очень страдал, а 11 березня придворные, в том числе и Андрей, увидели, что Иоанн лежит на одре совершенно неподвижно, и решили, что настал его последний час. Московский митрополит Макарий, также осознающий, что Государь отходит в мир иной, наложил на умирающего царя иноческое платье, завершив его предсмертный постриг в монахи... Но каково было удивление пришедших утром проститься с Государем царедворцев, повстречавших царя абсолютно здоровым, хотя и с трудом узнаваемым… Чудесным образом выздоровевший Иоанн пояснил своему окружению, что у него был тиф, но Бог спас его от смерти… Понимаешь, Миша, - княгиня во время допроса обращалась только к мужу, - если у царя был тиф, но почему никто больше во дворце не заболел? И как мог больной тифом человек прожить две недели, находясь при этом в здравом рассудке? А свои явные физические изменения после выздоровления зановоявленный царь объяснил воздействием на него многодневной ужасной болезни…
Князь Прозоровский, впервые услышав придворные московские вести от первого лица, опустился на широкую лавку, нервно потирая виски. Также как и я, рыльский наместник зачарованно смотрел на свою супругу, совершенно позабыв о своей функции задавать ей «допросные речи», и лишь ожидал продолжения ее крамольного, но в чем-то соответствующего истине рассказа.
-По выздоровлении царь сообщил, что во время болезни дал обет поехать на богомолье в Кирилло-Белозерский монастырь. С царицей и первенцем – царевичем Димитрием, новый Иоанн заехали сначала в Троице-Сергиев монастырь, где ростовский Владыка Никандр окрестил наследника у мощей преподобного Сергия. Затем поезд царя остановился в Песношском монастыре для встречи с духовной знаменитостью – Вассианом Топорковым. При беседе с царем Вассиан сообщил царствующей чете, что в Белозерском монастыре находится сосланный грек Максим Триволис, широко почитаемый в народе как молитвенник и прозорливец. И посоветовал молодым обязательно повстречаться с греком. Но чудесно воскресший царь почему-то решил … с прозорливцем не видеться, отказавшись от своей дальнейшей поездки. А так как для прерывания обета, данного на смертном одре, нужны были очень веские причины, Иоанн принес в жертву своего младенца первенца. Хотя вот только своего ли? Среди придворных распространился слух, что царица с младенцем упала в воду при сходе с корабля на берег. Но брат Андрей своими глазами видел, что ребенок упал в воду во время катания царских особ по Сиверскому озеру[iii]. Анастасия со своей лодки подала Димитрия отцу, а тот не «удержал» младенца и уронил за борт. Мальчик захлебнулся в воде…. Миша, ты веришь, что проведя более трех месяцев в поездке по воде, царь и царица решили отдохнуть катаниями на лодках? Или же мальчика умышленно принесли в жертву? И Андрей, и я склоняемся ко второй версии, поскольку (и ты сам сейчас убедишься в правдивости моих слов) Анастасия забеременела во второй раз тут же на берегах Сиверского озера, у гроба ее утонувшего первенца. Ведь второго наследника – Иоанна, ты сам прекрасно это знаешь, она родила уже березнем следующего 7062 года[iv]. Чем ты можешь объяснить, что кормящая грудью женщина могла забеременеть? И как вообще может забеременеть мать во время траура по только что трагически погибшему ребенку? Или как постриженный во иноки человек мог иметь плотские утехи с женщиной?... Миша, ты считаешь, что Андрей врет?