На пороге возник массивный силуэт старшего дружинника Никиты.
-Отец, мы за тобой! Ты готов? - прошептал десятник.
«Готов ли я? Конечно. Что аскету собирать в дорогу? Только переодеться в свою гражданскую одежду».
Никита, заметив через приоткрытую дверь, что я пытаюсь облачиться в джинсы с кроссовками, подал в проем зимний кафтан дружинника, горластую шапку с отворотом и меховые сапоги:
-Слуги воеводины будут разыскивать беглого монаха, али чужака. Небось, дружинников хватать не станут?
Воинская одежда прекрасно подошла по размеру. Сунув в широкий карман кафтана хранившиеся в келье предметы двадцать первого века, дабы не давать лишнего повода обвинить князя Прозоровского в дружбе с нечистой силой, я шагнул за порог.
Через пару минут мы с Никитой безшумно покинули братский корпус, направляясь к главным монастырским воротам.
-Никита, а где моя «охрана»? – заметил я отсутствие во дворе воеводских «плотников».
-С Несмеяном беседуют, - улыбнулся княжий дружинник, кивнув за пределы крепостной стены, - глядишь, что интересное расскажут.
Несмеян с Меленей поджидали нас у моста через речку Рылу. Каждый держал в поводу по паре лошадей.
-Отец, хоть ты верхом ездишь не очень, другого транспорта у нас нет. Только сани еще. Но в санях по лесу не поедешь, коли скрываться придется…. Ну что, все готовы? Трогаем в путь?
-С Богом, - благословил я наш поход. – Никита, а мы куда сейчас направляемся?
-Седмицы две назад пришло сообщение от князя Прозоровского. Находится он в Курске у князя Елецкого. И нам велел в случае опасности направляться туда. Но прямо по курской дороге нам пути нет. Потому, придется немного поплутать.
Застоявшиеся кони резво рванули в галоп. Рыхлый февральский снег заглушил топот копыт, и наш квартет почти безшумно устремился навстречу новой жизни и повергающей в трепет неизвестности….
Когда над зимним курским краем стали пробиваться первые лучи восходящего солнца, малая дружина князя Прозоровского уже была достаточно далеко от древнего города Рыльска.
-Посты мы успешно обошли, - ликующе доложил Никита. – Благо я их сам расставлял. Еще пару часов по лесам поплутаем, а там выберемся на тракт и никто нам не указ…
Но, как оказалось, радость дружинников была преждевременной. Наша великолепная четверка наивно просчиталась насчет лукавых способностей воеводы Тургенева и его верных слуг. Ехавший в арьергарде отряда Меленя вдруг вскричал, указывая на заснеженный склон холма, с которого мы только что спустились:
-Никита, смотри!
По снежной целине следом за нами стремительно двигался конный отряд всадников. Не меньше чем из десяти человек.
-Не удалось нам следы запутать, - скрипнул зубами Никита. – А ну, айда все за мной!
Он направил коня к ближайшему лесу, густо покрывающего пойму неизвестной мне крохотной речушки. Один за другим мы нырнули под надежный полог зимнего леса. Не привычный ездить верхом на коне, тем более по лесу, я вскоре запутался в густых ветвях, и безнадежно отстал от товарищей, ловко скользящих среди стволов вековых деревьев.
-Отец, вместе нам от преследователей не уйти, - поворотил своего коня Никита. – Делаем так. Ты спешиваешься и укрываешься в лесу. А мы уведем отряд воеводы подальше отсюда, а затем вернемся за тобой. Хорошо?
-Конечно, - согласился я, - вам я буду только в тягость. Не волнуйтесь, я дождусь вас здесь в целости и сохранности.
-Держись, отец. И не бойся. Даже если тебя схватят, мы всегда будем рядом – отобьем. – Никита подхватил моего коня под уздцы и первым скрылся за разлапистой елью. За ним быстрой тенью мелькнули по заснеженному лесу фигуры младших дружинников.
[i] СРЕТЕНЬЕ – один из двунадесятых праздников в православии. Празднуется 15 (2) февраля.
Выбор
Юркнув за ствол огромного дуба, я притаился в надежде, что тургеневские дружинники не заметят моего постыдного бегства и продолжат безплодно гоняться за отрядом Никиты Поречного.
Судя по шуму за спиной, так оно и произошло. Топот лошадиных ног и голоса преследователей проследовали мимо меня и затихли в том направлении, куда ускакали мои товарищи.