– Понял, – хмыкнул старик, он повертел в руках электрошокер, потом сунул его в правый рукав и тихо сказал: – Спасибо.
Пройдя к двери, Лескин вытащил из кармана отмычку и сунул ее в замочную скважину. Стальной тросик прогнулся, точно входя в пазы стальных язычков. Потом дважды провернул отмычку вокруг своей оси. Сейфовый замок фирмы «Астероид» безропотно открылся, пропуская жуликов в квартиру.
Лескин, войдя в квартиру, огляделся. Стильная мебель из натурального дерева, музыкальный центр, видеодвойка, компьютер.
– Нехилое гнездышко для борца за правду, – присвистнул Ежик.
– Не свисти, денег не будет, – спокойно произнес Палыч, он еще раз оглядел квартиру, потом добавил: – Найди пару чемоданов, баулов или на худой конец несколько сумок и собирай все самое ценное. Ни у кого не должно даже возникнуть мысли, что это не обычная квартирная кража.
Пока Погожин разыскивал средства транспортировки краденого, Лескин сел за компьютер и включил машину. Несмотря на то что Анатолий запаролил вход в систему, старик, последние два года сутками просиживавший за компьютером, долгими часами штудировавший специальную литературу по программированию, легко его обошел и вскрыл файлы. Изучив их содержимое за несколько минут, он наткнулся на образец статьи. Сначала просмотрел материал, прилично сдобренный фотографиями. Снимки, как и предупреждал Виктор, действительно были живописными. Против своей воли Дмитрий Павлович погрузился в чтение.
Тем временем Ежик нашел два кожаных чемодана, баул из синтетической ткани, большую спортивную сумку. Опытный, хоть и мелкий жулик, Васька сразу же принялся укладывать самое ценное. В чемоданы легли новые вещи журналиста и разобранный музыкальный центр. В баул нырнула видеодвойка и пара новых сапог на цигейке. Сумку он заполнил видеокассетами и компакт-дисками. Когда все более или менее ценное было уложено, Васька встал посреди комнаты и задумался, что бы еще прихватить. Неожиданно его взгляд наткнулся на большой расписной самовар на стеклянной горке. Подставив стул, Ежик достал его и поднял крышку. Внутри он обнаружил толстую пачку российских рублей и немного потоньше стодолларовых банкнот.
– Палыч, я нычку нашел.
– Молодец, подбирай все, потом разберемся.
Приободренный Ежик с еще большим рвением принялся рыскать по ящикам.
Наконец Палыч закончил читать материалы статьи и задумчиво произнес:
– Да уж, толково написано. Что ж, вырвем жало газетной гадине.
Только он успел произнести эти слова, в очередной раз щелкнул замок бронированной двери, на пороге стоял хозяин квартиры.
Журналист был в легком подпитии, Гарик оказался на вечер занят, поэтому обошлись парой бутылок коньяка. Увидев в своей квартире незнакомцев, ошалело присвистнул:
– Вот так номер, жил да помер. Вы что, мужики, совсем оборзели?
– Спокойно, парень, мы сейчас уйдем, – вставая из-за компьютера, как можно миролюбивее проговорил Лескин. Ежик стоял посреди комнаты, не решив, что же ему делать. То ли вцепиться в горло хозяину квартиры, то ли поднимать вверх руки.
– Что значит спокойно? Вы, урки поганые, да я вас… – Сафин, возбужденный алкоголем, глядя на двух невзрачных на вид воров, вспомнил, что в школе занимался боксом и даже имел третий юношеский разряд. Он уже представлял, как в газетах напишут: «Журналист задержал преступников», но полностью закончить фантазию он не успел.
Палыч протянул правую руку, и в следующую секунду журналиста ударил разряд электрического тока в шестьдесят пять тысяч вольт, швырнув его на пол.
Когда Анатолий пришел в себя, он уже сидел на своем рабочем стуле, его руки были плотно примотаны к подлокотникам скотчем, ноги прикреплены к станине. Чемоданы, баул и сумка из комнаты исчезли.
– Ну что, пришел в себя? – спросил старик, ухватив Сафина за волосы, задрал его голову вверх. В глаза ударил свет настольной лампы.
– Кто, кто… что вам надо, кто вы такие? – заикаясь, бессвязно лепетал журналист.
– Значит, так, – наигранно-грозно заговорил Лескин. – Я всего один раз задам тебе один вопрос.
– Ка… какой вопрос?
– Где негативы и фотографии, которые делал у чеченцев?
– Не… не понимаю.
– Не ври, я только что читал твою статью, – Палыч ткнул рукой в сторону светящегося монитора. – Там есть эти самые фотографии.
Только теперь до Сафина дошло, что это не простые домушники, еле ворочая языком, он спросил:
– Так вы из «конторы»?
Такого оскорбления старый вор вытерпеть не смог и залепил журналисту звонкую пощечину, злобно прошипев:
– Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Сейчас мы здесь все обольем бензином, тебя особенно тщательно, и подожжем. Ты сгоришь, и пленка, надеюсь, тоже будет уничтожена, – потом посмотрел на Погожина, стоявшего за спиной журналиста, и негромко спросил: – Канистру принес?