– Какие? – спросил Виктор, взяв непривычно тяжелый автомат.
– Первое: оружие любит ласку, чистоту и смазку. Будешь смотреть за «калашом», он тебя никогда не подведет. Второе: в бою главное – четко знать количество патронов, а чтобы не считать каждый выстрел, когда снаряжаешь магазин, первыми заряжай три-пять трассирующих. После этого всегда будешь знать, когда заканчиваются патроны. Понял?
– Понял, – кивнул Савченко.
– Ладно, Макаренко, заканчивай ликбез, – перебил Козлова майор. – Пойдем посмотрим, какая панорама открывается с противоположной стороны дома.
Они вышли из комнаты и двинулись по длинному, за-хламленному коридору, над головами свисали обломки штукатурки, намертво прилипшие к деревянной обшивке, в стенах зияли большие проломы от снарядов.
Противоположный край дома выходил на соседнюю улицу, которая все еще находилась под контролем боевиков. Здесь царила безжизненная пустота, лишь воздух по-прежнему был наполнен артиллерийской канонадой.
– Подождем, посмотрим, – предложил Егоров.
– Посмотрим, – согласился Козлов, снайперы заняли позиции. Капитан, умостившись в проеме вывороченной взрывом балконной двери (вместе с балконом), сказал Виктору: – Поставь автомат на предохранитель и через оптику следи за улицей, привыкай к прицелу. И не вздумай открывать огонь без команды.
Ждать пришлось долго, в течение часа на улице никто не появлялся. Виктор уже привык к наглазнику оптического прицела трофейного автомата, он даже освоил шкалу оптического прицела и примерно представлял принцип снайперской стрельбы, жалея, что сейчас нельзя испробовать.
Время тянулось томительно долго, растягиваясь в бесконечную тянучку. От напряжения из правого глаза Виктора потекла слеза. Он едва успел смахнуть влагу, как услышал:
– Оп… – произнес кто-то из снайперов.
Савченко снова припал к оптике, из-за угла появилась цепочка боевиков. Впереди идущий здоровяк в маскировочном комбинезоне ядовито-джунглевых расцветок с бородой лопатой, был вооружен длинноствольным «РПК». Он был подобен матерому волку, его голова, вжатая в плечи, резко дергалась из стороны в сторону, как будто выискивала жертву или искала следы опасности. Он олицетворял собой стопроцентного хищника. Идущие следом тащили на себе разобранный миномет. Огромный толстяк в полувоенной одежде, семенящий за ведущим, сгибался под тяжестью опорной плиты. За ним долговязый бородач, похожий на испанского Дон Кихота, тащил на себе трубу миномета, руки его потели, и «ствол» то и дело сползал к земле. Долговязый часто останавливался, из-за чего с темпа сбивались следующие за ним подносчики боеприпасов.
«Раз, два, три, четыре…» – про себя считал Виктор сгибающихся под тяжестью деревянных ящиков молодых боевиков.
– Слышь, Вадик, неужели это те козлы, что нас накрыли? – почти восторженно произнес капитан Козлов, разглядывая боевиков через оптику.
– Не знаю, а какое это имеет значение? – ответил Егоров. И добавил через секунду: – Работаем так: твой замыкающий, мой предпоследний. Потом я «работаю» опорную плиту, ты еще одного подносчика. Дальше свободная охота. Хоп?
– Хоп, – согласился Козлов.
Через секунду с металлическим скрежетом защелкали затворы снайперских винтовок, выбрасывая из патронников горячие гильзы.
Замыкающий боевик внезапно упал, как будто его сбила плеть, тело вытянулось в горизонтальном положении, ящик с грохотом рухнул на брусчатку. Впереди бегущий выполнил точно такой же пируэт.
Затем выстрелы заклацали в унисон, метко поражая заметавшихся в панике боевиков. Следующая пуля ударила толстяка, несущего опорную плиту, он рухнул на бок, перегородив дорогу бегущим. Дон Кихот обернулся и тут же повалился навзничь. Труба миномета с грохотом покатилась по земле. Один за другим упали оставшиеся двое подносчиков мин, тяжелые деревянные ящики с глухим звуком упали на убитых.
Вожак боевиков оглянулся на грохот рухнувшего металла и в следующую секунду сорвался с места. Громко крича, он стал петлять как заяц. Он успел пробежать с десяток метров, когда в спину ударили две тяжелые пули. Боевик
выронил оружие и упал на колени, повалившись лицом на асфальт.
– Готов, – деловито заметил Козлов. В следующую секунду по зданию, где засели снайперы, ударили боевики. С визжащим ревом в здание ударили несколько реактивных гранат.
– Е-е, – вырвалось у Егорова. Со всех сторон по дому били из разнокалиберного оружия. Из соседних зданий вывалилось несколько десятков боевиков.