– Дай нам только время, и мы наловим тебе целое стадо этих баранов, – заносчиво говорил Гонза. Но Тимур бесцеремонно его перебил:
– Времени ждать у нас нет. Необходимо действовать немедленно.
– Где мы будем действовать?
– Вот здесь, – палец Тимура уперся в контур поселка Пастуший. – Поселок находится в пяти километрах от дороги. Сам населенный пункт нежилой, засаду мы организуем на дороге, а в поселке организуем несколько огневых точек, которые прикроют наш отход в горы.
– Ну, если так, я согласен, – задумчиво произнес Гонза, красное лицо его покрылось испариной.
«Можно подумать, кто-то спрашивал твоего мнения», – подумал Тимур, но вслух лишь произнес:
– Выступаем сегодня.
«Броненосец Кандрашкин» свернул с основной дороги и, рыча, стал карабкаться по тропе, ведущей в сторону поселка Пастуший. Боевая машина подобно кораблю на волнах качалась и переваливалась, подпрыгивая на ямах и ухабах.
Неожиданно БТР остановился, сверху кто-то громыхнул, постучал в броню, а зычный голос лейтенанта объявил:
– Вылазь, приехали!
Загрохотали открывающиеся бронированные дверцы, люки. Зачавкала грязь под ногами разведчиков, которые, держа оружие на изготовку, опасливо поглядывали по сторонам. Леса, буйно покрывшие остроконечные горы, таили в себе смертельную угрозу.
Лейтенант, стоя во весь рост на броне, рассматривал в бинокль населенный пункт. Пастуший раскинулся на небольшом отроге. В годы застоя его построили, чтобы облегчить жизнь пастухов, в первую Чеченскую войну поселок оказался между двух огней (сепаратистов и федеральных войск), жители покинули свои дома, опасаясь артиллерийских обстрелов. С тех пор в поселке никто не жил, в период между двумя войнами жители ближайших сел приезжали сюда поживиться окнами, дверями, половыми досками или черепицей с крыш.
Дома из красного обожженного кирпича пялились на лейтенанта пустыми глазницами оконных проемов и безмолвно кричали разинутыми ртами вывороченных дверей. Ветер носил по безлюдным улицам какие-то лохмотья. Некогда населенный пункт теперь больше походил на заброшенное кладбище.
До поселка оставалось метров двести, но БТРу дальше не пройти – оползень сожрал участок дороги, оставив лишь узкую, в полметра тропу.
Минут десять лейтенант изучал обстановку, но ничего подозрительного так и не заметил. Опустив бинокль, Кудрин слез с БТРа и, поправив разгрузочный жилет, приказал своему ординарцу:
– Заборский, с винтовкой давай на тот холм, – рука лейтенанта указала на небольшой утес, поросший редким кустарником. – Сиди, как мышь, обзор триста шестьдесят метров. Ферштейн?
– Яволь, мой генерал, – хмыкнул Заборский, довольный тем, что ему не придется бить ноги.
Кудрин резко повернулся к старшему сержанту и, не глядя ему в глаза, быстро заговорил:
– Значит, так, Дядя Федор, задачу ты знаешь, прошерстить поселок на предмет схронов или наблюдательных пунктов. Хотя, думаю, это полный порожняк. В общем, посмотрим, что к чему. Если, не дай бог, наткнетесь на «чехов», вызывай НЗО и отходи, мы вас тут прикроем, – Кудеяр махнул головой, как сноровистый конь в сторону БТРа, на башне которого был виден рифленый ствол гранатомета. – Все понятно?
– Чего уж тут не понять, – пожал плечами Федоров, поглаживая цевье своего автомата.
– Тогда действуй, – распорядился комвзвода.
Старший повернулся к разведчикам и облегченно
вздохнул, все-таки командовать группой будет он.
– Так, Мороз с пулеметом на ту сторону оползня, прикроешь наш «переход через Альпы», потом присоединишься.
На этот раз балагур Морозов не проронил ни звука, подхватил свой «ПКМ» и направился в сторону провала. Пройдя по тропе, он занял позицию за торчащим из земли бурым пнем. Тонкий пулеметный ствол хищно уставился в направлении ближайших домов. В случае необходимости шквал смертоносного огня обрушился бы на противника, прикрывая движение разведчиков.
Поднятая рука Морозова послужила сигналом для дальнейшего движения.
– Двинулись, – приказал Федоров.
Разведчики, вытянувшись цепочкой, двинулись. Виктор Савченко был в этой цепи замыкающим, он в очередной раз повторил отработанное до автоматизма движение, ухватив ладонью правой руки «ствол», скрыл под мышкой, под маскировочной тканью комбинезона оптический прицел.
Поселок встретил их гробовой тишиной, только слышалось завывание ветра.
К центру вели две узкие улочки, по первоначальному плану они были широкими, но горцы народ бережливый, привыкли ценить каждый свободный метр, вот и застроили улицу палисадниками да огородами.