«Из-за этой зелени по нам вовсю и будут палить «духи», – с горькой усмешкой подумал Виктор, снова переводя взгляд в глубь улицы.
«Шайтан», – выругался про себя Тимур. Они не успевали спуститься к поселку. Задумано было неплохо, отряд был разделен на три группы для лучшего охвата. В центре поселка на площади они окружили бы солдат и заставили бы их сдаться. Но времени катастрофически не хватало, боевики еще спускались с горы, а военные уже вышли на площадь. Две узкие цепочки зелено-коричневых солдат, подобно ртути, слились в небольшой отряд.
Сейчас, через линзы бинокля, Тимур четко видел лица солдат, идущих по площади, его интересовали лишь трое основных.
– Сухум, – позвал он снайпера. Стрелок бесшумно встал рядом с резидентом, его винтовка, обмотанная камуфлированной материей, выглядела бесформенным предметом. Уперев широкий приклад в плечо, он приложил резиновый наглазник к лицу и произнес:
– Готов.
– Засекай, первый – радист. Сейчас он главный. Вторая цель – пулеметчик, он может нам подпортить всю операцию своей мясорубкой. Третья цель – командир… – Тимур несколько секунд вглядывался в солдат и наконец произнес: – Скорее всего тот, у которого «калаш» с подствольником. Слишком активный для рядового.
– Понял, – кивнул Сухум, снимая винтовку с предохранителя. И негромко добавил: – Гунар, командир – твой.
– О’кей, – ответил второй стрелок, укрывшийся по соседству за развесистым кустом.
– Ну, как? – спросил Дядя Федор, когда две группы разведчиков вышли на деревенскую площадь.
– Голяк, полный, – развел руками Валиулин. – Никаких следов, даже крыс не видно. Гиблое место, может, вернемся назад?
– Вернемся, – кивнул, соглашаясь, старший сержант. И, поправив на плече ремень, добавил: – Только сначала все осмотрим. Так, для очистки совести. – Оглядев собравшихся вокруг него разведчиков, Дядя Федор громко произнес: – Чего столпились, как стадо быков? Быстренько растянулись в шеренгу и вперед. Головой вертим, все запоминаем!
– Ага, чтобы Кудеяру было что доложить начальству, – недовольно пробурчал Морозов, раздраженно поглаживая цевье пулемета.
– Ты, Мороз, тут не митингуй, мы на войне, а не на партсобрании в эпоху перестройки.
– Да уж, сначала была перестройка, теперь вот перестрелка, – не унимался пулеметчик, но его уже никто не слушал. Разведчики вытянулись в шеренгу и не спеша двинулись через площадь.
Слева от Савченко шел Феофанов. Каска, обшитая маскировочной сеткой, то и дело сползала ему на глаза, и низкорослому бойцу приходилось периодически ее поправлять. Справа шел радист Климов. Из-за его спины торчала длинная антенна полевой рации. Черный стержень антенны колыхался в такт движению.
Под ногами разведчиков противно чавкала грязь, налипая на подошвы сапог многокилограммовым балластом.
– Ну вот нам, «дедушкам морской пехоты», которым до дембеля всего полгода осталось, все это надо? Лазить в грязи, зарабатывать насморк и ревматизм на старость лет, – негромко приговаривал Климов, обращаясь к Савченко.
– А как же Мороз? Ему до дембеля совсем ерунда, полтора-два месяца.
– А-а, – отмахнулся радист. – У Мороза своя «фишка», у меня своя.
Шеренга полумесяцем обогнула стоящее в центре площади покосившееся здание, где когда-то, видимо, размещался сельсовет. Растянутый, похожий на барак дом в отличие от всех поселковых строений был построен не из красного обожженного кирпича, а из белого силикатного. Впрочем, на этом различия и заканчивались, в этом административном центре так же отсутствовали окна, двери, а вместо крыши торчали лишь ребра металлических креплений.
– Нет, прав Мороз, кому-то надо в академию поступать, а кому-то за него приходится в грязи купаться, как каким-то чушкам, – продолжал возмущаться Климов. – Лично я…
Первого выстрела никто не услышал, просто радист внезапно замолчал на полуслове и рухнул под ноги Виктору. Его лицо превратилось в кровавую маску, а из развороченного затылка, пузырясь, растекалась густая, перемешанная с мозгом, кровь. В следующую секунду снова раздались выстрелы. Пулеметчика отбросило назад, он рухнул на спину, раскинув руки, из дыры в горле фонтанировала кровь, растекаясь по земле и смешиваясь с грязью.
Благим матом закричал Дядя Федор, разведчики среагировали мгновенно. Автоматы застучали в разные стороны, не видя противника.
– Назад, в дом, – закричал Равиль Валиулин, принимая командование группой на себя. Морпехи со всех ног бросились к полуразрушенному строению бывшего сельсовета. Здоровяки Волков и Костяников подхватили раненого сержанта. Феофанов поливал гору длинными очередями. Валиулин, ухватив его за ранец, тащил за собой.