– Придется их глушить «шайтан-трубой», – принял наконец решение резидент. Это было несложно, в отряде Гонзы, кроме двух многоразовых «РПГ-7», у каждого бойца был одноразовый гранатомет «муха».
– Мы этих шакалов порвем на куски, – зарычал Джавдет, он уже хотел бежать к своим людям, чтобы отдать приказ, но не успел. Рука Тамерлана крепко сдавила его плечо.
– Я сказал глушить, а не уничтожать. Бить под крышу, ты меня понял? Мне нужны пленные, а не трупы!
– Все понял, – Джавдет потупил глаза, почувствовав сумасшедшую ярость резидента. – Сделаем как ты сказал.
Гранатометный обстрел оказался полной неожиданностью для Савченко. После уничтожения пулеметного расчета следующей целью оказался немолодой моджахед, пытавшийся перебежать от одного дома к другому. Первая пуля ударила его в бедро, сбив боевика с ног. Когда он упал, Виктор сделал поправку, и следующая пуля разворотила чеченцу череп. Найти новую цель Стрелок не успел – в дом врезалась реактивная граната. Взрывная волна отшвырнула Виктора от края стены, и в следующую секунду еще несколько взрывов сотрясли дом. Рухнула одна из плит потолочных перекрытий.
Воздух пропитался кислым запахом сгоревшей взрывчатки, пыль запорошила рот, нос, глаза. Савченко приподнял голову и закашлялся, рядом он увидел свой автомат. В лучах солнца поблескивали осколки разбитого оптического прицела. После гранатометного обстрела стрельба усилилась.
– Вот черт, – выругался Стрелок, снимая с автомата испорченную оптику. Перевернувшись на живот, он, быстро перебирая руками, пополз к лестнице. В разоренном здании сельсовета стоял удушливый смрад, смешанный с известковой и цементной пылью. У оконных проемов залегли морские пехотинцы, их автоматы огрызались короткими очередями, которые заглушал густой огонь сепаратистов. Сквозь какофонию смертоносных звуков прорывался возбужденный голос Феофанова.
– Сука, сука, гандон Кудеяр! – орал во всю мощь легких Фофан, разряжая в крике свой страх перед смертью.
Савченко подобрался к дверному проему, возле которого залег Валиулин, младший сержант сжимал в руках автомат Дяди Федора. Вставив новую гранату в подствольник, Равиль выстрелил, целясь в проем дома напротив.
– Живой? – спросил Валиулин, увидев возле себя Виктора, и достал из брезентового футляра новую гранату. – А я думал, что из тебя бифштекс сделали…
– Оглушили малость, а так живой, блин!
– Кудеяр гандон, кинул нас на мясо, падла! – снова раздался крик Феофанова.
– Заткнись, Фофан, – оборвал бойца Валиулин, посмотрел на Савченко и спросил: – Что было видно сверху?
– Обходят нас, – Виктор поднял автомат и дал очередь в сторону выглянувшего боевика. – Я их немного подчистил, но и они в долгу не остались. Разбили оптику, суки…
– То, что обходят – сам вижу, глаза есть, – Равиль снова сунул очередную гранату в подствольник. – Надо отходить, а как… Дяде Федору пуля вошла под бронепластину немного выше сердца, еще чуть-чуть, и все, пиши похоронку. Я ему вколол два промедола, правда, перевязал кое-как. Боюсь, как бы кровью не истек…
– Надо отходить, – произнес Виктор, поразившись, что услышал свой голос. Перестрелка неожиданно прекратилась, по-видимому, боевики затаились для нового броска, накапливая силы. Морским пехотинцам на передышку отводились считанные минуты.
– Отходить? – переспросил младший сержант. – Как? «Чехи» плотно «сели нам на плечи», только высунемся на площадь, нас тут же перещелкают, как стоячие мишени. Видел, что сделали с Морозом и Клинтоном?
– Сейчас такая стрельба для «духов» будет несколько проблематична, – делая зарубки на прикладе, проговорил Виктор.
– Все равно они будут висеть у нас за спиной и, пока мы с Дядей Федором доберемся до Кудеяра, перебьют.
– Пока будем тащить раненого, кому-то надо прикрыть отход.
Валиулин искоса посмотрел на Виктора, улыбнулся и тихо произнес:
– Элементарно, Ватсон. – На секунду призадумавшись, добавил: – Хорошо, отходите, я останусь.
– Я тоже, – пряча штык-нож в ножны, сказал Савченко. В конце концов, они оба в одном звании – младшие сержанты, значит, и проблему надо решать вместе.
– Значит, сделаем так…
Через несколько минут со стороны боевиков снова обрушился шквал огня. Морские пехотинцы ждали этого мгновения, каждый держал приготовленный гранатомет «муха».
– Давай по вспышкам, – во всю мощь легких закричал Виктор, вскидывая ядовито-зеленую трубу одноразового гранатомета. Пять огненных комет, оставляя за собой шлейф седого дыма, направились к цели, через мгновение вспыхнув пятью огненно-желтыми кустами взрывов.